Глава 2

Сопровождавшие меня визоры остались за плотно закрытыми дверьми, но позволить себе проявить эмоции я не могла. Пусть меня больше и не лицезрела широкая общественность, но оставались двое стражников и ожидавшая в коридоре женщина в длиннополой монашеской рясе. Терять при них лицо я просто не имела права.
Поклонившись, служительница храма предложила следовать за ней. Достаточно быстро мы миновали коридор и поднялись по крутой винтовой лестнице на три пролета. Затем пересекли залитую солнцем галерею, которая, судя по виду из окна, вела в соседствующее с главным храмом здание.
Скорее всего, в обычное время это был жилой корпус. Во всяком случае длинный широкий коридор и цепочки однообразных дверей по обеим его сторонам навевали подобные ассоциации. Правда, перед шестью ближайшими из них стояли стражники.
«Избранниц в невесты как раз шестеро, — мелькнула догадка. — А я седьмая».
Предположение полностью подтвердилось, когда моя провожатая остановилась у следующей же за последними стражниками двери и, выудив из кармана связку ключей, отперла замок.
— Здесь вы будете ожидать окончания церемонии, — сообщила она, пропуская меня внутрь.
Небольшая келья больше напоминала карцер. Каменный мешок без окон освещался единственным потолочным светильником. У одной из стен стояла простая, аккуратно заправленная кровать. Рядом — тумбочка и стул. Чуть в отдалении виднелась крохотная дверца, видимо, в уборную, а больше здесь не помещалось ничего.
Н-да, странные апартаменты для императорских невест. Больше похоже на клетку или тюрьму.
Однако выказывать удивление и возмущение я, разумеется, не стала. Может, подобная мера была предпринята ради нашей же безопасности. Или являлась какой-то проверкой на такое полезное качество как смирение.
В любом случае, проявить недовольство сейчас — большая ошибка, а ошибок я допускать не имею права. Домой, конечно, вернуться хочется, но не с позором. Одно дело достойно проиграть конкурентке, и совсем другое — продемонстрировать собственную несдержанность.
— Покидать келью нельзя. За вами придут, как только закончится первый отбор, — сообщила служительница. — За дверью будет находиться охрана.
Бабушка всегда учила меня в любой ситуации держать лицо. И раз уж на мою долю выпало подобное испытание, необходимо пройти его достойно наследницы рода. Поэтому, несмотря на внутреннее раздражение, я вежливо улыбнулась и кивнула:
— Хорошо, я поняла.
После чего последовал новый поклон, и меня все-таки оставили одну.
Атмосфера в келье давила, а отсутствие хотя бы небольшого окошка угнетало. Очень хотелось хоть ненадолго выйти и подышать, но поддаваться унынию я себе запретила. И, присев на краешек кровати, приготовилась ждать окончания церемонии.
В келье, несмотря на отсутствие экрана, голос освещавшей события дикторши слышно было прекрасно. Так что представление о происходящем я имела.
— А вот и графиня де Гартрин! Ее семья всегда была приближена к императорскому двору, и юная леди надеялась на благодать богини. Но, увы. Арка осталась нема к заслугам этого рода, и графиня отправляется домой! А теперь удачу испытывает виконтесса Малеран…
Череда проходящих сквозь арку девушек, казалось, была бесконечной. Не прошло и получаса, как я окончательно перестала вслушиваться в их титулы и имена. Утомленное ожиданием сознание лишь в редкие моменты выплывало из какого-то транса, когда раздавались фанфары в честь очередной претендентки, осиянной благодатью богини.
Счастливиц расхваливали со всех сторон и желали им удачи в дальнейших испытаниях.
Я к этим пожеланиям присоединялась со всей искренностью. Пусть всем им улыбнется удача, и это позволит мне быстрее вернуться домой. Потому что я не имею права оставить род без наследницы. А если выбор императора падет на меня…
Арка отчетливо подтвердила то, чего так боялась бабушка: индарийские гены возьмут верх. Принцу Дамиану я смогу родить только мальчика.
Мальчика! От одной мысли о мальчике по коже пробегали испуганные мурашки. Ох, может, права была бабушка, настаивая против моего участия в этой церемонии? В конце концов, и с ограничениями на торговлю можно жить, а без наследницы…
Нет, нельзя об этом думать.
Я резко выдохнула и мотнула головой. Впереди достаточно испытаний, чтобы какое-то из них не пройти. Ведь если не стараться — победить невозможно, верно?
А отбор все продолжался. Казалось, что время уподобилось смоле — стало таким же липким и тягучим. Все чаще и чаще я поглядывала на браслет с часами, но лишь когда стрелка достигла отметки в семь часов вечера, прозвучало вожделенное объявление:
— И вот дорогие дамы и господа через арку прошла последняя претендентка, которая, как это ни печально, тоже отправляется домой.
По поводу дома я с диктором была абсолютно не согласна, и с удовольствием уступила бы той девушке свое место. Но — увы.
— Подводя итоги, хочется отметить, что на этот отбор откликнулись абсолютно все приглашенные девушки, — продолжала торжественно вещать дикторша. — Однако из двух тысяч кандидаток продолжат проходить испытания лишь двадцать три счастливицы. И на этой приятной ноте мы сделаем небольшой перерыв в трансляции. Уважаемые зрители, ждем вас у экранов после перерыва на рекламу. Нас ждет еще много интересного!
Стоило трансляции прерваться, как дверь моей кельи без стука распахнулась, и на пороге появилась очередная служительница храма. Девушка держала в руках поднос, на котором возвышался графин с водой и тарелка овощного рагу.
Несмотря на то, что монастырский ужин выглядел скудно, я осознала насколько проголодалась. Ведь не ела-то с самого утра! И как только поднос был водружен на тумбочку, а девушка исчезла за закрытой дверью, я тотчас приступила к еде.
Обманчиво простое блюдо неожиданно оказалось вкусным и питательным. Под конец я даже почувствовала легкий прилив бодрости — похоже, в еду были добавлены какие-то тонизирующие специи. А едва я закончила с ужином, как служительница появилась вновь.
Случайность? Вряд ли. Скорее всего, даже в кельях за нами следили.
«Значит, даже оставаясь в одиночестве необходимо себя контролировать», — сделала мысленную пометку я.
Девушка тем временем протянула мне небольшой сверток и сообщила:
— Для следующей церемонии вам необходимо переодеться. В келье необходимо оставить все ваши личные вещи, украшения и белье. Кроме этой сорочки на вас ничего быть не должно.
— А родовой перстень? — принимая вещь, с легким беспокойством уточнила я.
Кольцо на моей руке было с совершеннолетия, и расставаться с ним не хотелось. Тем более, что оно являлось не просто украшением, но еще и некоторой гарантией моей безопасности.
— Перстень не является исключением, леди, — откликнулась служительница. — К тому же, пока вы находитесь в статусе невесты, вы не принадлежите роду. Каждая из невест с момента прохождения через арку является исключительной собственностью императора.

Pages: 1 2 3 4

Подписка
Хотите узнавать о новых книгах первыми? Боитесь пропустить рассылку? Оставьте свой адрес, и не нужно будет волноваться =)
Мы Вконтакте