Глава 7

 

Утро понедельника я встретила бодрой и готовой к новым свершениям. Видимо, организм окончательно мутировал в трудоголика.

Сегодня предстояло выездное занятие в столичном суде, так что я поспешила в столовую. Необходимо было получше подкрепиться перед предстоящей поездкой.

Войдя в помещение столовой, отметила, что «мутации», похоже, подверглись все бывшие сони с моего факультета. Защитники явились на завтрак в полном составе.

Решив присоединиться к однокурсникам, я направилась к раздаточному столу, около которого неожиданно столкнулась с потрепанным и не выспавшимся Вальтаном. От воспоминания о видео, где он тягал бревна, мои губы дрогнули в невольной улыбке.

Заметив это, парень окинул меня откровенно злобным взглядом и процедил:

— Злорадствуешь?

— Ну что ты, и в мыслях не было, — не скрывая издевки, ответила я. — Ты ведь так рьяно доказывал, что неравнодушен ко мне. Как же я могу издеваться над человеком, пострадавшим из-за любви? Кстати, отработка проходит успешно?

— Ты… — прошипел сквозь зубы мой бывший парень.

— Я! — уверенно парировала в ответ. — Запомни, урод, решишь еще раз вспомнить прошлое — к алтарю пойдешь без некоторых стратегических частей тела. Надеюсь, твоя верная невеста переживет их отсутствие. В прошлый раз я не могла сопротивляться из-за яда цифара, но рискнешь пристать еще раз, и я применю магию. Так что подумай, стоит ли оно того.

Вальтан промолчал, но скрип его зубов я услышала отчетливо. И, гордо вскинув голову, направилась к друзьям.

Завтракали мы спешно: никому не хотелось опоздать к началу занятия. Так что уже через четверть часа весь факультет Защиты стоял в телепортационном зале.

После распределения я, в составе группы из десяти студентов, была направлена на процесс судьи Каслера. Сопровождал нас один из преподавателей кафедры Имущественного процесса.

Строгим тоном мужчина напомнил о том, что судебное разбирательство — это серьезное мероприятие, и вести себя надо подобающе. После чего мы прошествовали по длинному коридору к одному из многочисленных залов заседаний.

Встречные посетители, Защитники и проходившие мимо судьи с интересом и улыбками рассматривали наш внешний вид. Но если я старалась просто не обращать на это внимания, то Нетти и его приятели, напротив, гордо демонстрировали модные фасоны своих мантий.

Едва мы вошли в зал, как помощник судьи указал на специальную зону, расположенную позади возвышения с судейским столом. Мы расселись на лавочках, и сверху тотчас опустилась пелена заклинания Сокрытия, делая нас невидимыми для тех, кто будет находиться в зале.

Сразу же после этого появился судья Каслер. Вскочив со своих мест, мы склонились в поклонах. Поприветствовав нас, судья направился к своему столу и кивнул помощнику. Открыв дверь, тот зычно пригласил пройти участников процесса.

В зал заседания вошли два Защитника, в привычных серых мантиях и шапочках. Сразу же вслед за ними показались невысокий, лысоватый мужчина и элегантная дама, неопределенных лет, сжимавшая в руках объемную сумку.

В руках судьи Каслера возник небольшой, горящий ослепительным светом кристалл. Мужчина установил его на подставку, расположенную рядом с визариумом, и произнес активирующее заклинание. Перед судьей тотчас вспыхнула уже знакомая нам сфера вызова, из которой стали появляться магические зеркала, складываясь в сверкающую книгу. Как только готовое дело зависло рядом с судейским столом, Каслер произнес:

— Предварительное заседание объявляется открытым. Слушается дело Фингрисс против Фингрисс. Госпожа Амелия Фингрисс обратилась к господину Рунгору Фингрисс с иском о расторжении брака и разделе имущества, приобретенного в браке. Дело рассматривает судья Томас Каслер. Стороны доверяют суду?

— Да, Ваша Честь, — почти синхронно ответили участники процесса.

— Госпожа Фингрисс, вы настаиваете на своих требованиях? — судья обратился к женщине.

Дама величественно выпрямилась и взглядом окатила ненавистного мужа презрением.

— Естественно, Ваша Честь! Как я вообще столько лет могла потратить на это ничтожество…

— Достаточно. Вам будет предоставлено слово позже, — прервал судья и посмотрел на мужчину. — Господин Фингрисс, вы согласны с исковыми требованиями вашей супруги?

— Только частично, — ответил тот сбивающимся голосом.

— Есть ли у супругов несовершеннолетние дети? — уточнил судья Каслер, пытаясь найти информацию в судебном деле.

Защитники синхронно отрицательно качнули головой. Однако их совместное «нет», произнесенное вслед за этим, было перебито громким возмущенным возгласом женщины:

— Да, Ваша Честь! Но Лилуши отказывается жить с этим человеком, он плохо влияет на мою девочку! Я вынуждена просить вас оградить нас от его тлетворного влияния!

— Не смей говорить обо мне плохо при нашей девочке! — вмиг растеряв всю робость, супруг сердито вскочил с места.

— Не смей повышать на меня голос! — воскликнула госпожа Фингрисс.

Защитники попытались успокоить и усадить своих клиентов на места, но удалось это только после рявкнувшего судьи:

— Тишина в заседании! Какая девочка, какая Лилуши? В материалах дела говорится, что у вас нет несовершеннолетних детей!

— Ваша Честь, это ошибка человека, которому я зря плачу деньги! — госпожа Фингрисс невежливо ткнула пальцем на своего Защитника. — Вот же моя девочка!

Из объемной сумки на стол была извлечена маленькая белая собачонка модной породы мармозетти, с кучерявой шерсткой и трясущимися ножками.

Наша группа дружно захихикала, а судья и его помощник оторопело уставились на собаку.

— Это не твоя, а наша девочка! — возопил, обманутый в отцовских чувствах господин Фингрисс.

— Ував! — визгливо подтвердила собачонка.

— О, маленькая! — засюсюкала дама. — Не бойся, мама не отдаст тебя этому ужасному человеку!

— Она и моя тоже!

— Ты плохо на нее влияешь! Ваша Честь, я как-то оставила девочку с этим человеком на выходные дни, а сама навещала больную матушку. И он сделал та-акое!..

— Ував! — вставила свое слово «доченька».

— Ничего я не сделал! — заспорил муж. — Мы чудесно провели время, пока ты уезжала в серпентарий, навестить свою змеюку-мать…

— Не смей обижать мою мать! — казалось, от громкого голоса госпожи Фингрисс с потолка сейчас штукатура посыплется.

— Ував, ував! — вступилась за бабушку «внучка».

— Ты не смотрел за ребенком, она объелась конфет и не спала днем! Я знаю!

Мы уже откровенно гоготали, а пунцовые Защитники едва ли не жевали свои шапочки, пытаясь сдержать смех. И тут судья Каслер не выдержал.

— Тишина-а-а! — его магически усиленный голос так резанул по залу, что зазвенело в ушах.

Защитники мигом приняли серьезный вид и уткнулись в зеркала визариумов. Собачонка же метнулась к хозяйке, влетела с сумку и залилась визгливым лаем. А судья Каслер повернулся к нам и окатил таким взглядом, что лично мне захотелось последовать за Лилуши и спрятаться в необъятной сумке госпожи Фингрис. Как оловянные солдатики, мы тотчас замерли на скамейках.

Наведя порядок в зале, судья обратился к сторонам процесса:

— Вы хотите сказать, что без споров разделили два дома, успешный бизнес, счета в банках, а сюда пришли, чтобы разделить какую-то собаку?

— Это не какая-то собака! — в один голос воскликнули «родители» Лилуши. — А наша дорогая дочь!

— Не собака? — судья вновь начал терять терпение. — А у вашей «дорогой дочери» документы есть?

— Ваша Честь! — воскликнула госпожа Фингрис. — Какие могут быть документы, когда речь идет о родительской любви?

Судья Каслер несколько раз глубоко вздохнул и вновь начал что-то изучать в материалах дела.

— Так, — наконец произнес он. — Судя по предоставленным данным, имущество в виде собаки породы мармозетти было приобретено супругами с их семейного счета. Разделить в натуре, без потерь, имущество не получится.

Госпожа Фингрис охнула и прижала сумку к груди.

— Следовательно, стороны должны решить, кто получит имущество, а кто денежную компенсацию, — продолжил рассуждения судья Каслер.

— Вы хотите, чтобы я продала свою девочку? — со слезами в голосе воскликнула госпожа Фингрис. — Никогда!

— Я тоже не собираюсь от нее отказываться! — добавил господин Фингрис.

— Еще раз услышу про девочку, и в дальнейшем судебное заседание будет проходить без вас, — судья обвел стороны тяжелым взглядом. — Речь идет о разделе имущества, которым является собака.

— У вас нет сердца, господин судья! — всхлипнула госпожа Фингрис, полностью поддерживаемая своей «дочуркой», чей визгливый лай не могла заглушить плотная кожа сумки.

— У меня есть здравый смысл, — парировал судья Каслер. — И вообще, если вы так любите свою… девочку, — это слово далось судье не без труда, — почему не хотите, чтобы она росла в полной семье?

Супруги Фингрис на мгновение задумались.

— Ну не знаю, — неуверенным тоном произнесла госпожа Фингрис. — Если только ради ребенка…

— Ради Лилуши я готов на все! — с трагическим пафосом добавил господин Фингрис.

Судья облегченно выдохнул.

— Значит, рассмотрение дела приостанавливается. Суд устанавливает срок в три месяца для того, чтобы стороны определились в необходимости расторжении брака. Если по его истечении какая-либо из сторон будет настаивать на расторжении брака, производство по делу будет возобновлено. Если нет, производство по делу прекращается. На сегодня судебное заседание объявляется закрытым.

Pages: 1 2 3

Подписка
Хотите узнавать о новых книгах первыми? Боитесь пропустить рассылку? Оставьте свой адрес, и не нужно будет волноваться =)
Мы Вконтакте