Глава 12

 

Так как торопиться было некуда, решила наконец-то уделить внимание местным красотам. Шла медленно, с интересом разглядывая интерьер, картины и статуи. А добираясь до очередного поворота, дальнейшее направление уточняла у своих стражей.

Дойдя, наконец, до крыла Арданэллира, мысленно настроилась на длительную релаксацию в мраморной ванной. Как вдруг, из-за одной из ближайших дверей, оказавшейся чуть приоткрытой, донеслось злое, отрывистое: «черноволосая стерва!».

Я резко остановилась и прислушалась. Поскольку все дэйнатары были блондинами, разговор скорее всего шел обо мне. И судя по тону, тут меня не хвалили.

— Представляешь, из-за того, что она — плоскодонная пигалица, господин наорал на нас! — чеканила женщина по ту сторону двери. — Да она должна была быть благодарной, что ей хоть кто-то помочь вызвался! А меня из-за нее едва не уволили.

Та-ак, кажется, это моя утренняя горничная Елаисия. И что значит, «едва»? Насколько я помню, Арданэллир высказался более чем однозначно.

В душе начала разгораться злость. Эта дамочка подставила меня с платьем и королевским обедом, а теперь еще не довольна, что ее за это отчитали?!

Тем временем разговор продолжился.

— Талисия тоже жаловалась, что милорд неожиданно пренебрег общением с ней и заставил ждать до ночи, — поддержала Елаисию невидимая собеседница. — И ладно бы к королю спешил, так нет. Эту человеческую девку, видите ли, проводить надо было. Будто никто другой и не справился бы. Все думаю, что она такое в постели может, раз Талисию на второй план подвинули?

Нет, это уж слишком.

Я не выдержала и, распахнула дверь. Однако стоило переступить порог, как две горничные застыли, а выражения их лиц закаменели. Очень хотелось сорваться на ругань, но я сдержалась и обратилась к утренней «помощнице» почти спокойно:

— Вас пару часов назад уволили. Что вы тут делаете?

Елаисия вздернула подбородок и проговорила:

— Я вам не подчиняюсь и не должна перед вами отчитываться.

— Что вы не должны — так это обсуждать гостей Арданэллира за спиной. Тем более, в таком тоне, — процедила я.

— Гостей — да. — Меня окинули выразительным взглядом. — Ах, да, вы ведь тоже… гостья. Прошу прощения, забыла.

В контексте предыдущего разговора о моих «способностях» такая заминка и откровенно циничное извинение окончательно вывели из себя. Да сколько можно, в конце концов?!

В душе вспыхнула злоба и на нее мгновенно отреагировала сила. В мгновение ока по коже прокатилась покалывающая волна, а кольцо на пальце нагрелось. Я рефлекторно стряхнула напряжение с рук… и какой-то неведомой силой обеих дэйнатарок отбросило на несколько метров!

От неожиданности я ойкнула и прижала руки к груди. Но было уже поздно.

Стены и потолок комнаты охватило пугающее алое свечение — видимо, сработала какая-то защита дворца. Оба моих сопровождающих из дэйнатарской стражи в мгновение ока оказались рядом. Одновременно с этим из коридора послышался нарастающий вой тревоги и холодный, неживой голос, сообщавший о несанкционированном применении магии во дворце. Сирене вторил визг перпуганных горничных.

Ой, мамочки! Что я натворила-то!

Спустя пару мгновений в дверях появились еще несколько мужчин с мечами наизготовку. И, заметив нас, озадаченно замерли на пороге.

Наверное, нужно было что-то сказать или объяснить, но все мысли из головы вылетели.

— Извините, — выдавила я.

А в следующую секунду в комнату влетел Арданэллир. И, резким взмахом руки деактивировав пурпурную защиту, обхватил меня за плечи.

— Ты в порядке? Живая, не пострадала? Кто напал?

Стало совсем стыдно. Из-за несдержанности такой переполох устроила!

— Понимаешь, никто не напал. Это… извини, это, кажется, из-за меня, — пробормотала я.

Арданэллир медленно, глубоко вздохнул. Потом перевел взгляд на одного из королевских охранников и отрывисто потребовал:

— Отчитывайся.

Дэйнатар коротко кивнул и четко, последовательно пересказал все, что произошло, начиная с момента подслушанного мной разговора.

Слушая, я нервно сжимала пальцы. Предугадать реакцию Арданэллира не получалось: лицо его оставалось абсолютно непроницаемым даже под конец рассказа. Все с тем же видом он посмотрел на Елаисию и бесцветно спросил:

— Я уволил тебя утром. Что ты тут делаешь?

— Меня приняли на другую должность, ваша светлость, — пролепетала та.

— Кто?

Девушка замялась. Видно было, что отвечать Елаисии очень сильно не хочется. Однако пристальный взгляд Арданэллира выбора не оставлял, и она тихо, почти шепотом произнесла:

— Его светлость агон Ториллир.

Все еще удерживающие меня за плечи пальцы на мгновение сжались сильнее. И теперь даже отсутствие какой-либо мимики на лице Ардана не помешало мне понять, что тот зол. Сильно.

— И как подобное произошло?

Голосом Арданэллира сейчас можно было замораживать моря. Сейчас он как никогда походил на беловолосого демона, бездушного и мрачного. Даже я в принципе не причастная к переводу служанки на другую должность вздрогнула. А Елаисия так вообще, кажется, готова была упасть в обморок. Но все же нашла в себе силы ответить:

— После вашего приказа я направилась к своей троюродной сестре, которая работает в штате ее величества Даэллианы, и рассказала о случившимся ей. А его светлость агон Ториллир, видимо, находился поблизости, в охране, и потому стал невольным свидетелем. Узнав о вашем недовольстве, его светлость разрешил мне остаться у него. Я… пришла собрать вещи и разговорилась с подругой…

Она нервно скосила взгляд на вторую дэйнатарку и затихла.

Только теперь я заметила, что комната, хоть и просторная, была обставлена не столь богато и помпезно, как мои апартаменты. А около приоткрытого шкафа стояла приличных размеров сумка.

В комнате повисло секундное молчание, словно затишье перед бурей. А потом Арданэллир взглянул на застывших у порога стражников, и зазвучали короткие, отрывистые команды:

— Выставить обеих за пределы дворца. На сборы дать не более десяти минут. Ториллиру доложить и предупредить, что здесь я их не потерплю. Если у него возникнут вопросы — пусть напрямую обращается ко мне.

После чего меня перехватили под руку и быстро вывели в коридор. Впрочем, я этому была только рада, ибо все это время чувствовала себя не в своей тарелке. Конечно, сначала я сильно удивилась решению Ториллира оставить горничную Ардана себе. Но после рассказа Елаисии поняла: это было обусловлено простым желанием насолить давнему неприятелю. А то, что я оказалась втянута в давний конфликт… лес рубят — щепки летят, как говорится.

Да, неприятно, но переживу.

— Инга…

— Знаю, ты не успел ничего толком никому объяснить, — оборвала я Арданэллира. — Но, веришь, мне уже плевать на то, что все они думают. Другого от вашей расы я в любом случае не ждала. А вспылила зря, признаю.

— Не совсем так, — неожиданно опроверг он. — Сейчас всем известно, что ты — моя гостья.

— Гостья? — я зацепилась за ненавистное слово. — И только?

— Пока да. О том, кто ты на самом деле, знают лишь король и его приближенные. И я специально просил Заариила задержать подписание указа о твоем статусе.

— Что? — я ушам своим не поверила и с возмущением уставилась на него. — Но почему?! Хотя, понимаю, наверное, это весьма постыдно — признать столь высокий статус для какой-то человеческой…

— Инга! — Арданэллир резко развернул меня к себе, буквально опалив ртутным взглядом. — Опять ты пытаешься оскорбить, не думая!

— И о чем тут думать?

— О том, что после озвученного королевского указа новость распространится практически мгновенно, глупая ты девчонка! — рыкнул он. — Как и описание твоей внешности вместе со слепком ауры. А в этом случае даже Линнелиру будет довольно сложно наложить маскировку так, чтобы толпа магов около Азарвиловой башни тебя не распознала. Нет, если тебе хочется, указ подпишут немедленно. А к книге будем прорываться с боем. В конце концов, мое боевое крыло и несколько сот магов перебить может, почему бы и нет? Правда, поскольку действия карателей дэйнатар по умолчанию всегда одобрены королем, это будет равнозначно тому, что Заариил официально объявил войну Закатному и Сумеречному королевствам. Но нам и к этому не привыкать. Мне отдать приказ об общем сборе?

— Не надо! — воскликнула я, прерывая резкую речь дэйнатара и чувствуя себя недальновидной дурой. — Я поняла, извини!

— Я уже уяснил, что в Ограниченном мире люди не держат слова практически никогда, и тотальное недоверие ко всем у тебя в крови, — уже спокойнее сказал Арданэллир. — Но все же постарайся понять, что я не человек твоего мира. Я — дэйнатар, причем связанный словом, которого никогда не нарушу. Запомни это и прекрати подозревать меня, демон знает в чем. Меня безопасность твоя беспокоит, а не реакция окружающих на какие-то там статусы.

После таких слов я совсем смутилась и почувствовала себя виноватой. Он прав, я продолжаю навешивать на всех ярлыки исходя из стереотипов другого мира. И при этом постоянно забываю, где нахожусь и с кем общаюсь.

— Извини, — снова пробормотала я. — Я… может, как-то помочь могу?

— Можешь, — он кивнул. — Возвращайся к себе и не махай руками хотя бы несколько часов, хорошо? А то я так и за неделю архив не переберу.

Я покорно кивнула и сопровождаемая пристальным взглядом Арданэллира поспешила в гостевые покои.

Войдя в гостиную, я наткнулась на новую горничную. Девушка присела в положенном книксене и поинтересовалась, не требуется ли мне что-либо. Однако в том нервном состоянии, каком я находилась сейчас, хотелось только побыть одной, о чем и сообщила служанке. Та не заставила себя долго ждать и покинула апартаменты. Причем, кажется, даже с облегчением.

Когда за горничной закрылась дверь, я устало потерла виски и постаралась собрать разбегающиеся мысли. Подумать только, ради меня только что были готовы развязать войну! Хотя… нет. Не из-за меня, а из-за артефакта. Я — это так, вынужденное приложение.

Осознание того, что какая-то книга все равно оставалась важнее меня самой, неприятно резало по душе.

«Инга, ты снова ведешь себя как ревнивая барышня!» — одернула я саму себя. И, решительно отбросив неприятные мысли, двинулась в ванную. После столь напряженного обеда и выяснения отношений вдвойне необходимо было хорошенько расслабиться.

Релаксация в пенной воде плавно переместилась в дремоту на кровати. Делать было абсолютно нечего, а бродить по дворцу и нарываться на очередные сплетни я не хотела. Тренироваться в магии тоже опасалась — мало ли, и тут охрана неведомая сработает?

Так и пришлось проваляться до вечера, жалея, что Арданэллир не оставил меня в Полуночном замке. Там хоть принц был и лаборатория безопасная для магических упражнений. И книги интересные…

А тут — скука!

Когда за окнами стало темнеть, вернулась горничная. Перед собой она катила серебряный столик, заставленный накрытыми тарелками, кувшинчиками и вазочками.

— Ужин, мадемуазель, — певуче сообщила она, снимая крышки.

По воздуху тотчас разлились ароматы пряностей и жаркого.

— А Арданэллир как же? — поинтересовалась я.

— Его светлость агон еще не возвращался. Велено было принести ужин вам в комнату.

Что ж, не удивительно. Архив — на то и архив, чтобы быть огромным.

Закончив свою работу, горничная поклонилась и снова исчезла за дверью. Я же начала инспектировать закуски. Хоть какое-то развлечение!

Ардан заглянул, когда я доедала десерт. Тут же отложив столовые приборы, я приготовилась к новостям, однако их не последовало.

— Ешь, я просто зашел проверить как у тебя дела, — сказал он.

— Все хорошо, — заверила я. — Как поиски?

— Пока ничего стоящего найти не удалось. Судя по всему, возраст этой башни намного старше, чем мы предполагали. Пока что все документы, в которых встречалось упоминание о ней и о каторге, указывали лишь на то, что все давно заброшено. Завтра продолжу поиски.

— Понятно. — Я мысленно вздохнула, предчувствуя еще один день скуки. — Надеюсь, завтра тебе повезет больше.

— А уж как я-то на это надеюсь, — пробормотал дэйнатар.

После чего пожелал мне спокойной ночи и вышел.

Какое-то время я задумчиво помешивала ложечкой остатки фруктового мусса и усиленно думала, чем заняться завтра. Рискнуть и все-таки отправиться на экскурсию? Или поизучать местные предметы искусства?

Окинув взглядом декоративные вазочки в нишах и пару картин на стене, я досадливо поморщилась. Нет, интереса они не вызывают. Можно, конечно, получше рассмотреть узор на дальнем гобелене, но…

Я замерла. Мысли об узорах заставили вспомнить о татуировке Арданэллира. Вот что бы я точно с удовольствием изучила!

«А почему бы и не попробовать снова?» — мелькнула шальная идея, и я, подскочив, заметалась по комнате, разыскивая письменные принадлежности. Карандаш и бумага нашлись довольно быстро, так что вскоре я уже выбегала в коридор.

Несколько поспешных шагов, глубокий вздох, и вот моя рука уже стучит в покои Арданэллира.

Через несколько, кажется, бесконечных мгновений, дверь открылась… и я уткнулась носом прямо в нее! В мою прелесть!

Ардан, видимо, уже ложился спать. Он был только в одних брюках, позволяя в полной мере разглядеть мощный торс и тугие мышцы груди и рук. В другой раз я бы, пожалуй, оценила столь эффектное зрелище, но сейчас… сейчас прямо передо мной во всей красе была татуировка!

— Инга? — он нахмурился. — Что ты хотела?

— Тебя… в смысле, твою божественную метку, — не отрывая взгляда от вожделенной татуировки, пробормотала я.

— Что?! Опять?

— Ну…

— Инга, ты невозможна. Сказал же, что у меня нет на это времени.

— Это было тогда! А сейчас ты ведь ничем не занят! А я ненадолго! — затараторила я. — Смотри, я бумагу с собой принесла! Быстро перерисую, и все!

— Да чего ты к ней так привязалась?

— Как что? Это же касание бога!

— Касание? Я бы не сказал. Там такой удар был…

— Какая разница! — перебила я возбужденно. — Символы такие древние! И совершенно из разных культур! Я обязана изучить эту метку!

— Свою изучай! У тебя тоже есть!

— Не такая! Ее я уже исследовала, и там только анимализм! А у тебя невероятная, невозможная с точки зрения объективной науки вязь!

— Инга…

— Ардан! Ну пожалуйста! Любой историк у нас за такое руку бы отдал! Вот хочешь я тебе руку отдам?

— Да не нужна мне твоя рука! — рявкнул вконец выведенный из себя дэйнатар.

Однако я не отступила, понимая, что другого шанса может не выпасть. Пусть сколько угодно рычит, только согласится!

— Инга, ты ненормальная женщина!

Упрямо молчу и умоляюще смотрю на него. Прямо в наполненные ртутью глаза. Секунда, другая, и тяжелый вздох:

— Демон с тобой. Рисуй. Только отстань!

Счастливо пискнув, я проскользнула в богато обставленную гостиную. И тут же принялась за работу: резво зарисовала петлю уробороса и стала вычерчивать первые знаки. Но многие из них были слишком мелкие, и стоя было очень неудобно это делать. Осознав, что так провожусь долго, да еще чего доброго могу что-то исказить, я решилась и попросила:

— Ляг, пожалуйста.

Новый вздох, и уже, видимо, ничему не удивляющийся дэйнатар, смирившись, послушно прошел в спальню и растянулся на широкой кровати. После чего закинул руки за голову и, кивком предложив последовать его примеру, замер.

Даже не задумываясь, я прыгнула туда же. После чего положила листок прямо на мощную грудь и быстро начала перерисовывать. Даже язык от усердия прикусила и склонилась пониже, чтобы лучше видеть все малейшие значки.

Да, так намного удобнее! И дело гораздо быстрее идет!

Правда, волосы постоянно мешали, соскальзывая вперед. Раз на пятый ругательно-нервной попытки водрузить их обратно за ухо, Арданэллир не выдержал и сам перехватил их. Скрутил в кулаке и чуть оттянул назад, удерживая, чтобы не мешали.

— Спасибо. — Пробормотала я, не отвлекаясь от рисунка. — Я уже почти закончи…

Меня прервал легкий скрип двери и крайне изумленный женский выдох:

— Арданэллир? что… Что происходит?!

Я подняла голову, обернулась и увидела стоящую на пороге спальни Талисию. Лицо ее утратило абсолютно всю дэйнатарскую невозмутимость и надменность, и выражало сейчас бурную смесь растерянности и негодования. А потом поняла и причину. Ардан и я на кровати. Он раздет до пояса, я склонилась над ним, а он придерживает мои волосы… Со стороны — поза пошлее некуда! Боже! Да тут кто угодно воспринял бы увиденное совершенно однозначно!

— Ничего особенного, — в это время раздался спокойный голос Арданэллира. После чего этот непрошибаемый тип перевел взгляд на меня и добавил: — Инга, не отвлекайся. Закончи уже.

Талисия резко развернулась и стрелой вылетела из покоев, громко хлопнув дверью.

— Н-да, — глядя ей вслед, выдавила я. — Неловко вышло. Тебе теперь объясняться с ней придется.

— С чего ты взяла? — Арданэллир приподнял бровь.

А я от такого вопроса окончательно растерялась.

— Э-э, как с чего? Вы ведь… в общем, мне утром показалось, вы вроде как близки…

— Талисия — моя любовница, — равнодушно подтвердил он. — И что?

На мгновение стало неприятно. Хотя, вроде, и до слов Арданэллира об этом догадывалась, но все равно.

— Как — что? — я постаралась сохранить спокойную интонацию. — Она ведь обиделась. И убежала.

— Как убежала, так и прибежит, когда позову.

— Да? Значит, у нее совсем гордость и самоуважение отсутствуют. Если бы я обиделась, то не пришла бы, — нейтрально сообщила я, возвращаясь к рисованию. — Тем более, с таким отношением.

В ответ послышался сухой смешок, и мне сообщили:

— Инга, для девушек статус и возможное удачное замужество имеют куда большее значение, чем какие-то обиды или неуместная гордость.

Я скривилась.

— Толку от титулов и статусов, если в ответ получаешь такую черствость? Хотя вы, дэйнатары, к этому привычные. А для меня даже поведение принца Бернарда и то выглядит более заманчивым. Он хоть на цветы не скупился… И почему я, спрашивается, в Полуночном замке не осталась?

Я размышляла вслух, в то время когда большая часть сознания была занята перерисовыванием татуировки. Единственное, что заметила — затвердевшие под моими руками мышцы. Но должного внимания этому не уделила, радуясь лишь, что стало легче чертить.

— Соскучилась по Бернарду, значит? — невыразительно процедил Арданэллир. — Мне казалось, ты усвоила, что от него лучше держаться как можно дальше. Или уже не боишься?

— Не боюсь, — по инерции кивнула я и отстраненно пробормотала: — Чего его бояться, если Калионг уже сказал, что поможет?

И тут же охнула, оказавшись в руках резко севшего дэйнатара. Листок с изображением татуировки улетел куда-то на пол, выбитый из руки карандаш тоже.

— Ты разговаривала с Калионгом? Когда? О чем? — Арданэллир был напряжен как струна. Горячие пальцы буквально стиснули мои плечи.

— Ну, это было на следующее утро после того, как… Бернард меня целовал, — нехотя призналась я. — И, в общем, Калионг спрашивал, нужен ли мне принц.

— Что-о?!

Такого изумления на лице дэйнатара я не видела, кажется, даже в первый день знакомства, когда в отдыхальне объявила во всеуслышание, что якобы его наняла.

— Чему ты удивляешься? В конце концов, сам говорил: для девушек главное — статус и выгодное замужество, — не удержалась я от язвительного напоминания.

— И это обязательно должен быть са-ариин? — сквозь зубы процедил Арданэллир.

— А почему нет, если он станет не опасен? Разве у меня большой выбор? Кроме него рядом со мной только ты! — ляпнула я в запале.

И только заметив вспыхнувшие опасной ртутью глаза, поняла всю двусмысленность и неоднозначность последней фразы.

«Так. Надо убираться отсюда, и как можно быстрее, — мелькнула мысль. — Пока не наговорила еще чего-нибудь крайне опрометчивого и глупого».

— Знаешь, я, наверное, пойду, — нервно пробормотала я и попыталась отстраниться.

Однако Арданэллир не пошевелился. Только сухо отметил:

— Ты не дорисовала.

— Завтра дорисую. Или послезавтра, — татуировки, даже божественные, на данный момент меня как-то резко перестали интересовать. — И вообще, там тебя массаж ждет с ванной и развлекательной программой.

— Инга, ты так реагируешь, словно ревнуешь.

От его слов и резкого, желчного тона, у меня аж кровь к щекам прилила.

— Ревную? К постельной грелке, которая абсолютно бесправна? — выдохнула я.

И получила в ответ кривую, издевательскую улыбку.

— То есть, тебя только бесправие возмущает? Будь у Талисии какие-то права, ты бы согласилась оказаться на ее месте?

Чувствовалось, что сказано это специально, чтобы поддеть. Что Арданэллир раздражен не меньше меня, и явно хочет разругаться.

И я бы с удовольствием! Но, едва открыв рот, вдруг совершенно не вовремя осознала, что сижу на кровати почти вплотную прижатая к полуобнаженному мужчине. И какому мужчине! Теперь, когда азарт охоты на татуировку спал, я, наконец, оценила и мышцы, и торс и…

В горле как-то разом пересохло, а воздуха стало не хватать. Организм, несколько лет соблюдавший вынужденное целомудрие, буквально взбунтовался.

Однако вопрос по-прежнему требовал ответа, и я невольно облизнула пересохшие губы. После чего собрала остатки решимости и выдавила:

— Н-нет.

— Врешь, — внезапно хриплым голосом проговорил Ардан мне прямо на ухо.

Миг, и я оказалась прижатой к кровати, буквально втиснутой в нее жарким телом, ощущая мускулы, перекатывающиеся под кожей мужчины. Но вместо того чтобы возмутиться, что нисколечко не вру, я неожиданно даже для себя зарылась обеими руками в шелковистые снежные волосы и притянула голову Арданэллира еще ближе. Мое тело однозначно дало понять даже мне — вру, и еще как!

А в следующую секунду его губы, оставив обжигающе чувственную дорожку на шее, впились в мои. Заставляя ловить невероятное наслаждение от острых, жалящих поцелуев, переходящих в глубокие и чувственные, и самой требовать большего.

Глухо застонав, я невольно изогнулась дугой, прижимаясь к нему сильнее. Мне было мало поцелуев. Сейчас я хотела этого мужчину всего, целиком и полностью, и не собиралась врать, что это не так. К тому же — бесполезно. Меня бы и не послушали.

Арданэллир буквально срывал с меня одежду, опаляя поцелуями плечи, шею, грудь. А я могла лишь беспомощно стонать под этим яростным натиском, впиваясь ногтями в его спину. Причем убирать мои руки Ардан и не собирался, кажется, получая от этого удовольствие, едва ли не большее, чем я сама.

Он полностью и бесповоротно подчинил меня, приподнимая мои бедра и раскрывая их навстречу себе. Проникая мощными, уверенными движениями и доводя до полного исступления. Заставляя принимать его все глубже и шептать, стонать, кричать одно единственное имя. Его имя.

И, слыша учащенно бьющееся сердце и неровное дыхание, парить, окончательно терять себя и сгорать во вспышке сверхновой.

 

Когда безумие схлынуло, Арданэллир устроился рядом и, обняв меня, переместил к себе на плечо. Прикрыв глаза, я кожей впитывала его тепло, погружаясь в непривычную расслабленную негу.

И этого мужчину я считала холодным и черствым? Это же надо! Недаром Калионг не стал настаивать на Бернарде…

— Инга? О чем задумалась? — будто услышав неприятное имя, спросил Арданэллир.

Я даже глаза приоткрыла и взглянула на него, пытаясь понять, не обнаружился ли у дэйнатара дар к телепатии. Но нет, выглядел тот абсолютно спокойным.

— Ни о чем, — ответила я.

Пальцы, удерживающие талию, чуть сжались.

— Опять врешь, — прищурясь, констатировал он.

— Ну если только чуть-чуть, — я легко улыбнулась.

— Мне это не нравится.

— Помню, — заверила я и, потянувшись, пробежалась пальчиками по мощной груди. — Но пересказывать свои мысли о тебе все равно не буду.

Уголок губ Арданэллира дрогнул в довольной усмешке.

— Ты всегда была такой своевольной упрямицей, или только мне так «повезло»?

— И не надейся. Всегда, — я фыркнула, а потом поерзала, стараясь улечься поудобнее. От недавней нагрузки мышцы с непривычки начали наливаться свинцом. Захотелось перевернуться, но едва я попыталась это сделать, Арданэллир тотчас вернул меня на место. Но не терпеть же! Пришлось набраться наглости и спросить:

— Ардан, а ты массаж умеешь делать?

Дэйнатар удивленно изогнул бровь.

— Вообще-то, этот вопрос мне стоило тебе задать.

— Не умею, и даже ни разу не пробовала, — совершенно честно и искренне сообщила я. И тут же заныла: — Ну ты ведь наверняка можешь! А у меня все болит после этой внеплановой гимнастики!

— Внеплановой? — его глаза опасно вспыхнули. — И какие же у тебя планы были, интересно узнать?

Я резко выдохнула.

— Не придирайся к словам.

— Я не придирался, а задал вопрос.

Черт, вот ведь упрямый мужчина!

— Да никаких, Ардан, — с раздражением произнесла я. — У меня уже четыре года никаких планов!

И попыталась перевернуться на другой бок, но меня вдруг подхватили и уложили на живот. Миг, и по спине заскользили шероховатые мужские ладони, разминая ноющие мышцы.

Действовал он уверенно, показывая, что в своих предположениях я не ошиблась. Человеческое тело Арданэллир знал в совершенстве.

«Ничего удивительного, он же воин», — проскользнула ленивая мысль.

Впрочем, почти тотчас сменившись растерянностью и смущением, от спокойного вопроса:

— Четыре года, значит? И отчего так долго?

— Принцев не попадалось, — выдохнула я, первое, что пришло в голову.

И только охнув от усилившегося нажима, поняла, что сморозила.

— Хорошо! И герцогов тоже, — поспешно пропищала я, надеясь исправить ситуацию. — Только нежнее, пожалуйста! Не дави так, я и сломаться могу!

— Нежнее, значит? — многообещающе протянул Ардан, и касания неуловимо изменились.

Каждое его движение, плавное и обманчиво мягкое, теперь вызывало волну мурашек. Казалось, вот-вот, и я окажусь в раю. От удовольствия я застонала, и почти тотчас ощутила на затылке горячее дыхание.

— Какая ты, оказывается, чувствительная, — склонившись надо мной, прошептал Ардан, одним звуком своего голоса вызывая дрожь. — А если так?

Его губы прошлись по позвоночнику, а руки, на мгновение сжав бедра, скользнули ниже, беззастенчиво лаская. От таких откровенных касаний бросило в жар. Я вновь застонала и задышала чаще.

— Хорошая девочка, — со знакомой хрипотцой похвалили меня и уверенно приподняли, перемещая во вполне однозначную позицию.

— Ардан! — запоздало опомнилась я.

— Возражения не принимаются, — отрывисто сообщил он.

И тут же подался вперед лишенным всякой сдержанности натиском, срывая с моих губ вскрик. А за ним еще один, и еще.

Арданэллир вновь подчинял меня, оставляя право чувствовать только его прикосновения и его желание. И я не смела, да и не хотела противиться, полностью отдаваясь в его власть.

Из моей груди вырвался стон, а судорожно сжатые пальцы вцепились в край одеяла. В глазах на секунду потемнело. Наслаждение захлестнуло горячей волной, и медленно, неохотно отступило, заставляя тело расслабленно обмякнуть.

А затем меня перевернули, заключив в кольце рук и покрывая лицо невесомыми поцелуями.

— Послушная девочка, — прошептал этот невероятный мужчина. — Всегда бы такой была.

— Всегда — это скучно, — даже не задумываясь, пробормотала я.

— А ты, значит, за разнообразие? — в его голосе послышалось веселье.

В другое время я бы смутилась, но после всего произошедшего все мое стеснение куда-то исчезло. Зато тело уже недвусмысленно намекало об усталости.

— Ага, — согласилась я, еле сдержав зевок. — И сейчас для разнообразия предлагаю хотя бы немного поспать.

Арданэллир фыркнул, но спорить не стал. Притянул меня спиной к себе, собственнически расположил руку под грудью и снисходительно разрешил:

— Хорошо. Спи.

Тепло сильного мужского тела, его размеренное дыхание давали чувство абсолютной безопасности и умиротворения. Отключилась я практически мгновенно.

Подписка
Хотите узнавать о новых книгах первыми? Боитесь пропустить рассылку? Оставьте свой адрес, и не нужно будет волноваться =)
Мы Вконтакте