Глава шестая

 

Я проснулась за пару минут до того, как Кузя принялся прыгать по кровати в намерении разбудить одну студентку. Потянулась, зевнула, сонно улыбнулась скачущему твиру и даже поборола желание поймать его и потискать.

Ну а когда выползла из-под одеяла, сунула ноги в тапки и поплелась в ванную, активизировался Кракозябр.

– Да-аш, – заговорщицки прошептал он. – Да-аш… иди, че покажу.

Покажу? Интере-есно.

Я подошла к зеркалу и обомлела.

Вредного чешуйчатого призрака там не было, как, впрочем, и моего отражения. В зеркале отражалась большая комната с несколькими кроватями, и три истерящие девицы. Звука не было, видимость тоже оставляла желать лучшего. Пришлось подойти в плотную и практически упереться носом в стекло, чтобы понять причину этой дружной девичьей паники – постели были мокрыми. Все было мокрым! Словно ливень прошел.

– О боже… – прошептала я, чувствуя, как в душе все запело от восторга. – Дорс, я тебя люблю.

Изображение дрогнуло и исчезло, а я нос к носу столкнулась с Кракозябром.

– Дорс? – возмутился призрак. – А я? А меня?

– А тебя вообще обожаю! – выдохнула я.

Сказано было искренне, так что помесь бульдога с носорогом сразу подобрела.

– А картинку вернешь? – Да, я сегодня наглая.

– Ладно, так и быть, – отозвался монстр, и моему взору вновь предстала та же комната, правда, девиц оказалось уже четыре.

Эта четвертая, знакомая худощавая из столовой, выбежала из ванной и истерила сильнее всех. Судя по всему, она орала. А еще кулаки сжимала и ногами топала. Короче, бесилась по полной программе.

– А звук сделать можно? – шепотом спросила я.

– Хм…

Несколько секунд ничего не происходило, а потом звук все-таки появился. Но он был глухим, и доносился, словно из колодца.

– Какая сволочь это сделала? – вопила «четвертая». – Какая тварь?!

– Убью! – вторила ей еще одна девушка. – Просто убью!

– Да их найти надо сперва! – рыкнула третья.

– Водников в порошок стереть! – внесла самое здравое предложение последняя. – Касту сказать, чтобы…

В этот момент картинка дрогнула и изменилась. Теперь я видела другую комнату, отдаленно похожую на первую. Но тут зеркало было меньше и висело как-то иначе, так что картинка умещалась в небольшом «окошке» и захватывала только часть помещения.

– Урою! – вопил мужской голос. – Порву к гарху!

– Всех! – рычал второй.

– До единого! – поддерживал третий.

Да-да, в комнате этих парней тоже ливень случился.

И в следующей, и в еще одной, и в пятой, и даже в десятой!

– Да сколько их?! – изумилась я.

– Оба жилых этажа. – В голосе монстра прозвучало не только ехидство, но и уважение. – Дорс всех сделал.

Я невольно улыбнулась, но прежде чем успела выдать Кракозябру стратегически важную информацию о том, что это только начало, картинка снова сменилась.

– О! Сейчас будет еще интересней! – сообщил голос за кадром.

Диктором выступал тот же Кракозябр, и не соврал.

В комнате, которую он транслировал на этот раз, были очередные шесть промокших кроватей, и шесть предельно злых парней. А потом дверь распахнулась, и к ним ворвался седьмой. Рыжий, всклокоченный, в расстегнутой до середины груди рубашке.

В общем, Каст собственной пижонской персоной.

– Что. Здесь. Произошло?! – Проскрежетал он тоном, от которого захотелось спрятаться куда-нибудь подальше.

– … ! – емко описал ситуацию один из пострадавших.

А второй добавил, конкретизируя:

– Полный …!

– … – процедил Каст. – …!

Вот в этот момент я задумалась о языковом барьере. Ведь между мной и жителями Полара точно должен быть языковой барьер – миры-то разные. Но барьера нет. Причем, убеждена на двести процентов, что мы понимаем друг друга вовсе не потому, что поларцы говорят на русском. Тут, видимо, причина тоже в каком-то магическом воздействии. И очень качественном, ибо чем еще объяснить тот факт, что я прекрасно понимаю их мат? Примитивный, кстати: парни из родной университетской группы выражаются гораздо круче.

– «Синие» в башне! – тем временем, продолжал бесноваться пижон. – Опять!

Тут в комнату ворвался еще один всклокоченный парняга и заявил:

– Каст, это на двух нижних жилых этажах.

– Этажи полностью, или?..

– Залито все, – подтвердил «разведчик». – Кроме коридоров.

– …! – снова доказал свое косноязычие рыжий.

А я расцвела! Каст такой забавный, когда ему кто-то на хвост наступит.

Но через миг стало не до смеха, потому что «эльф» подтянул рукава рубахи и скомандовал:

– Отошли все. Живо.

Народ дружно отпрянул к стене, а пижон замер и прикрыл глаза. На кончиках его пальцев вспыхнуло алое свечение, а еще через миг от пола, кроватей, занавесок и прочей утвари-мебели, повалил пар.

– О-у. – Прокомментировал это действо Кракозябр.

– Что? – не поняла я.

– Каст растянул заклинание на оба этажа, – помедлив, сообщил призрак. – Надо же. Он меня удивил.

А уж как это известие удивило меня! Я даже дар речи на пару секунд потеряла. Стало ясно, что либо я учебник по «Теории магии стихий» читала невнимательно, либо он никуда не годится. Потому что уровень силы Каста… короче, он намного круче той градации, которая в книжке описывалась. Или я чего-то не понимаю.

Картинка на некоторое время исчезла. Наверное, потому, что зеркало, через которое мы с Кракозябром все это дело наблюдали, запотело. А потом мой ехидный друг вообще изображение выключил, и взору предстала лохматая кареглазая блондинка в красивой модной пижаме. То есть, я.

– Чего случилось?

– Сейчас, подожди, – раздалось бормотание. – В большой гостиной зеркала слишком чувствительные, мне настроиться надо.

О чувствительности зеркал я не поняла, но решила не циклиться. А вот упоминание «большой гостиной» заинтересовало. Это как? Это где? Я о таком не слышала. Это что-то на подобии места для большой общей тусовки?

Догадка оказалась правильной. Когда Кракозябр «настроился», в зеркале появилась огромная комната с высокими окнами. Туда спешно сходились парни и девчонки – кто-то уже в мантиях, а кто-то в натянутой наспех обычной одежде, и с мокрыми волосами.

Пришлось подождать еще несколько минут, прежде чем движение прекратилось, а в гостиной наступила тишина.

Зеркало висело на одной из стен, и картинка получилась не очень удачной. В частности, я наблюдала две затянутые в мантии спины, и одну… эм… короче, главного оратора я не видела. Но интонации в его голосе простора фантазии не давали: им, вне сомнения, являлся Каст. И пижон был крайне, дьявольски зол! Он, должно быть, сейчас сжимал кулаки, сверкал чернющими глазами и поигрывал желваками.

– Коллеги, у нас проблема, – процедил Каст. А потом я услышала такое, от чего чуть на пол не рухнула: – В нашу башню пробралась группа «синих». Судя по повреждениям и уровню работы, не менее семи магов-старшекурсников: именно сколько сил потребовалось на такое масштабное воздействие. Мы уже проверили – они работали у нашей ветки водопровода. В результате, на двух жилых этажах прошел гхарков дождь!

Народ молчал, потому что все уже знали. Но Каст все равно выдержал ораторскую паузу и только потом продолжил:

– И так как это уже вторая диверсия за неделю, совершенно очевидно, что эти уроды нашли лазейку в защите нашей башни.

Вот теперь народ загудел и завозмущался. Я же по-прежнему стояла у зеркала, смотрела на две затянутые в алые мантии спины и одну круглую… эм… и офигевала. Группа «синих»? Какая группа, если Дорс был один. Или все-таки не один?

– Зя-аб, – протянула я жалобно. – Зяб, я запуталась.

– Как ты меня назвала? – поперхнулся призрак.

Я закатила глаза. Кто о чем! Может его действительно в Эдика переименовать, а? Ну пока не поздно.

– Зяба – это уменьшительно-ласкательное от Кракозябра, – пояснила очевидное я. И вернулась к делу: – Зяб, ты Дорса в башне видел? Он один был?

Монстр по-прежнему не показывался, но я почуяла – насупился. Вот и ответил не сразу, и голос прозвучал недовольно:

– Да, один.

– А почему Каст говорит о группе магов?

Последовал тяжелый вздох, а за ним совсем недовольное:

– Видишь ли, Даша, в нашем мире не все так просто. И четыре вида магии, хоть и существуют вместе, хоть и взаимодействуют, но секретами своими делиться не любят.

– Даже друг с другом? – не поверила я.

– Не «даже», а «тем более».

– Погоди, – я помотала головой. – То есть, получается, Каст действительно не знает о возможностях Дорса? А Дорс реально не был осведомлен о способностях Каста?

– Угу. – Подтвердил призрак.

– Бли-ин…

На этом обмен мнениями пришлось закончить, потому что по ту сторону зеркала прозвучал громкий, заданный писклявым голосом вопрос:

– Но почему обязательно диверсия? Может быть, это кто-то из своих пропуск дал!

Гомон резко стих. Наверное, все в этот момент на Каста смотрели.

– Потому что в этот раз их было семеро, – ответил рыжий. – Кто-нибудь из вас способен представить себе идиота, который бы дал допуск семерым, – это слово Каст подчеркнул, причем жирной такой чертой, – магам Воды?

Лично я поняла мало, а народ в гостиной проникся. То есть, допустить мысль о пропуске одного водника они могли, а семь – это уже за гранью фантазии? Слишком круто? Слишком опасно? Что?..

– Иномирянка могла! – уверенно заявила какая-то девушка. – Иномирянка могла все!

Наверное, мне стоило испугаться, но страха почему-то не было. А вот ответ Каста, честно говоря, покоробил:

– Ты думаешь «синие» настолько небрезгливы, что могли подойти к Даше? Эстер, я тебя умоляю…

Ага. Значит, змеюку зовут Эстер. А Каст…

Нет, ну на самом деле обидно. Не до слез, конечно, но почти.

– К тому же, просветительскую беседу с иномирянкой я провел. – Рыжий хмыкнул. – Поверь: даже если она была причастна к первому визиту водника, в чем я, кстати, очень сомневаюсь, на второй у нее духу не хватит.

– А если хватит? – попыталась возразить та же Эстер. – Иномиряне вообще без мозгов и страха.

Народ тему поддержал. По гостиной пролетело дружное неодобрительное «у-у-у!». И даже предложение наведаться ко мне на чердак прозвучало.

– Тихо! – рыкнул Каст. И все действительно заткнулись. – Кто-нибудь видел, чтобы Даша разговаривала с «синими»? Вот и я не видел. Это первое. Второе – это слишком очевидный ход, а «синие» простыми ходами никогда не пользуются. Третье – все помнят, что обещал Дорс на последней общей вечеринке в прошлом году?

Студиозусы согласно загудели, но нашлись и те, кто не помнил, просто в силу того, что поступил в академию только в этом году.

– А что он обещал? – спросил какой-то парень с очень низким голосом.

Гомон как-то разом, словно по чьей-то указке стих. И в этой тишине Каст отчеканил:

– Дорс поклялся, что этот год станет для факультета Огня самым незабываемым за всю историю академии.

Моего сообщника тут точно не любили, но очень уважали. И пусть я стояла за зеркалом, но в этот момент четко ощутила, как накалилась атмосфера в зале.

– Это взлом защиты, – подытожил рыжий. – Однозначно. Нам надо найти пробой, чтобы закрыть доступ. Но прежде чем закрывать доступ… – и снова я не видела, но точно знала, что сейчас на губах «эльфа» вспыхнула очень опасная улыбка, – …поймать диверсантов и… – еще одна пауза, откровенно угрожающая, – …объяснить, как они были неправы.

– Правильно, Каст! – Рыкнул кто-то, а собрание огневиков одобрительно загудело.

Правда, радовались студиозусы лишь до тех пор, пока Каст не произнес:

– С этого момента мы переходим на осадное положение. Я распределю обязанности. Большинству из вас придется остаться в академии на выходные. Я бы оставил всех, но сами понимаете – слишком подозрительно, преподы просекут. На этом все. Следующее собрание вечером. Тэм и Ром, вы сегодня прогуливаете. Сидите тут и смотрите в оба глаза. Если «синие» придут – сразу оповещаете меня. Дальше разберемся.

Удивительно, но никто не возражал. Все огневики слушались Каста, как шелковые, и такая покорность целого факультета вызвала сильное недоумение.

И хотя понятно, что «рыжий – бесстыжий» и все дела, и наглости его на десятерых хватит, но все-таки я не могла не спросить:

– Зяб, а чего он раскомандовался-то? А главное, почему все слушаются?

– Так он король, – равнодушно ответил призрак.

– Что?!

Как король? Какой король? Королям положено дома сидеть, а не по Академиям шляться!

– Король факультета Огня, – пояснил Кракозябр. – Есть у нас в Академии такой неофициальный титул. Каста выбрали, когда он на второй курс перешел.

Уф-ф, прямо от сердца отлегло. Титул – это ерунда. А то читали мы всякие эти фэнтези про попаданок. И вот там, куда не плюнь – везде принц. А зачем нам принц? Нам, простите, вообще никого не надо, мы домой хотим!

– А сейчас он на каком? – уточнила я.

– Сейчас на последнем, на пятом.

Терпеть Каста всего год! Ура!

– А Дорс, значит, тоже Король? – проявила сообразительность я.

– Ага. С факультета Воды.

Та-ак, вот поэтому они друг с другом и цапаются. Корольки, блин. Лидеры неформальные. Звезды факультетские, ага. Теперь-то многое понятно становится.

– Да-аш, – вырвал из задумчивости Зяба.

– А?

– Представление закончилось, – терпеливо пояснил всплывший в зеркале монстр. – Цирк уехал. А ты на завтрак опаздываешь и на занятия.

Я развернулась и послушно потопала в ванную, но остановилась, обернулась.

– Слушай, а ты только по зеркалам факультета Огня? Или…

– Ты и так слишком много узнала, – вновь превращаясь во вредину, заявил Зяба. – Так что умывайся и вперед.

Спорить я не стала только потому, что времени и возможностей для выпытывания этой любопытной информации еще вагон, а завтрак строго регламентирован. И начало занятий из-за маленького инцидента в общаге огненного факультета никто переносить не будет.

Как я поняла, товарищи по общаге преподов вообще просвещать на этот счет не собираются. И мотив их решения ясен – это действительно внутренние, чисто студенческие разборки, а еще это вопрос чести. Окажись на их месте родной факультет, сценарий был бы таким же: найти и прибить.

Черт, но мне так не хочется, чтобы Дорса поймали. Но ведь он тоже не дурак, правда? Он вряд ли сунется в нашу общагу, не проверив, что к чему. Он ведь понимает, какой шорох должна была вызвать его, может, и маленькая, но довольно эффектная месть.

А раз так, то за Дорса волноваться рано.

А вот что действительно волнует, так это тот факт, что я разболтала магу Воды секрет Каста. Понятно, что рыжему я ничего не должна, и вообще он первым начал, и еще он шантажист, но все равно немного стремно.

 

К сожалению, идти на лекции пришлось голодной. Нет, я не опоздала на завтрак, я на него очень даже успевала. Просто меня не пустили.

Как это случилось? Да очень, блин, просто! На лестнице караулили двое парней в алых мантиях, судя по лицам и манере держаться – старшекурсники. Они заступили дорогу, от чего по спине побежал холодок, а желудок боязливо съежился, но я виду не подала. По крайней мере очень постаралась выглядеть удивленной, а не испуганной.

– Не торопись, – пробасил один из этих… ну, честно говоря, амбалов.

– Все равно не успеешь, – угрожающе добавил второй.

Вот теперь изображать удивление было бессмысленно, поэтому сдерживаться я перестала, и позволила себе отступить на пару шагов.

– Что вам надо? – Голос прозвучал относительно ровно, но было ясно, что я боюсь.

– Нам? – переспросил первый. – Нам ничего. С тобой Каст побеседовать хочет.

Я чуть не застонала. Блин, опять?!

– О чем?

Нет, я-то догадываюсь, но так как я «не при делах» и на собрании «не была», лучше уйти в несознанку и спросить.

– О жизни, – прошипел второй из подстерегавших меня парней.

Я могла упереться, могла поспорить или вообще отказаться – последнее хотя бы для того, чтобы проверить «степень брезгливости» огневиков, ведь «синие», по словам Каста, должны были мной побрезговать, значит и эти тоже. То есть не факт, что амбалы решились бы потащить к Касту силой.

Но когда рыльце в пушку, лучше не нагнетать. Поэтому я послушно кивнула и последовала за парнями.

Комната «короля факультета» оказалась недалеко, и когда я вошла внутрь, первое что отметила: может статус у рыжего и неофициальный, но привилегии дает настоящие. «Недоэльф», в отличие от остальных, жил один. В огромной комнате, с отделкой и мебелью под стать королевской. В момент моего появления «их величество» отдавал какие-то указания группе из пяти девушек, в числе которых была и его сестра.

Увидев Кэсси, я решила, что это инструктаж по безопасности, но быстро убедилась в том, что все не так. Этой пятерке предстояло найти брешь в защите башни Огня. Удивительно – Кэсси-то, как и я, на первом курсе. Неужели она способна справиться с этой задачей?

А потом все вышли, и я осталась один на один с рыжеволосым пижоном. Он стоял у письменного стола, оперевшись рукой о столешницу, и внимательно смотрел на меня. И молчал.

Я тоже промолчать хотела, но в памяти снова всплыли слова из произнесенной Кастом речи: «Ты думаешь «синие» настолько небрезгливы, что могли подойти к Даше?» Опять стало обидно, в этот раз до слез.

Просто не понимаю, почему… нет, ну почему вот так?! Я что, не моюсь? Прилюдно рыгаю? В носу ковыряюсь? Что?!

– Что тебе нужно? – силясь сдержать слезы обиды, спросила я. Голос дрожал.

Каст удивленно поднял брови, но не ответил. И это было очень плохо, потому что сдерживаться становилось трудней с каждой секундой.

– Что. Тебе. От меня. Нужно? – чеканя каждое слово, повторила я.

В этот раз ответил, хоть и с задержкой.

– Даш, ты чего?

Чего-чего? Да довели меня, вот чего.

Я громко хлюпнула носом и зажмурилась, искренне радуясь тому, что не накрашена. Потом все-таки не выдержала – вытерла глаза рукавом мантии. А вот говорить уже не могла – слезы душили, а мне хотелось хоть какие-то остатки гордости сохранить.

– Даш… – Рыжий спешно пересек комнату и остановился в шаге от меня. – Дашка, ты… Почему ты плачешь? Что случилось?

И все, я сорвалась.

– Почему вы так со мной поступаете? За что? Что я вам всем сделала?

– Даша…

– Что Даша? Я уже двадцать лет Даша! А вы… вы…

– Эй, да успокойся ты.

А я успокоиться уже не могла. Я рыдала. Вот просто стояла, закрыв лицо руками, и плакала. И было уже совершенно плевать, чем аукнется мне эта слабость. Плохо мне, понимаете? Не могу больше!

Каст метнулся куда-то вглубь комнаты, а через минуту пихнул мне в руки носовой платок. Я отказываться не стала – взяла, утерла слезы, потом высморкалась, и разрыдалась опять.

– Даш… Ну прекращай, а… Ну пожалуйста…

Да блин! Я бы сама рада, но… не-мо-гу!

Достали. Клянусь – достали! И ладно бы за дело ненавидели и прессовали, а они… они… брезгуют!

А в следующий миг произошло настоящее чудо. То есть то, чего вообще случиться не могло. Никак! Ни при каких обстоятельствах! Каст шагнул навстречу, сцапал в охапку и сжал крепко-крепко.

– Прекрати плакать, – приказал он. – Немедленно.

И я прекратила, но вовсе не потому что послушалась рыжего. Просто шок у меня случился. Каст? Обнимает? Вернее так – он обнимает и не брезгует?

– Хватит, – повторил парень. А когда стало ясно, что нового приступа не будет, добавил с заметным раздражением: – Чего ты вообще разревелась?

Все это время я стояла замерев и дышать боялась. А вот теперь нашла в себе силы вывернуться из объятий огневика и отступить. Он тоже отступил, увеличивая разделившее нас расстояние.

– Так по какому поводу слезы?

Я опять хлюпнула носом и подтерла нос выданным мне платком.

– По такому, – буркнула я. – Думаешь приятно, когда тебя ловят двое амбалов и ведут к третьему? – Ну и что, что Каст на амбала не тянет, не в этом смысл. – А потом здесь, у тебя в комнате… Я слышала обрывки разговора, я поняла, что что-то происходит. И мне хватило прошлого раза, чтобы убедиться, что я у вас самая крайняя. Я поняла: у вас что-то случилось. И ты собираешься повесить на меня всех собак, потому что я иномирянка. А я ничего не делала, Каст. Понимаешь? Понимаешь как мне обидно?!

Совесть заскулила и укусила очень больно, но я стерпела. А что еще делать? Жить-то хочется.

Ну а то, что щеки заалели – так это от волнения. Нет, не знали, что от волнения щеки краснеют? Ну вот теперь в курсе…

– Вообще-то, я тебя по другому поводу пригласил, – сказал рыжий тихо. – Я хотел предупредить, что в башню проникли «синие», и что тебе нужно быть осторожней.

Каст говорил тихо и уверенно, но я по глазам видела – парень лукавит.

– А если совсем честно?

Рыжий тяжело вздохнул, поджал губы, смерил долгим взглядом, но все-таки признался:

– Хотел прижать на предмет общения с водниками. Я понимаю, что вряд ли бы кто-то из них решился бы подойти к тебе, но…

Я оборвала Каста жестом и вымученно улыбнулась. А совесть… совесть сдохла! Но честность рыжего я оценила.

– Теперь я могу идти? – спросила тихо.

– Умойся сначала, – потупившись ответил он, и указал на дверь с левой стороны. – И да… будь готова к тому, что на ночь мы отключим воду.

 

Из «апартаментов» «его величества» я вышла с заплаканными глазами и сопливым носом. Но никто из тех, кто поджидал за дверью, не удивился. Более того – по губам одной из девиц (брюнетки с длинным носом) скользнула едкая улыбка, а один из амбалов одобрительно хмыкнул.

Сволочи. Какие все-таки сволочи. Но ничего. Отряхнусь, расправлю плечи и пойду дальше. И справлюсь. Обязательно справлюсь. Не на зло, а просто потому что иначе нельзя, иначе не выжить.

С этими мыслями я преодолела заполненный сокурсниками коридор, спустилась по лестнице, миновала «стражей» и отправилась в столовую. Пришла, чтобы узнать – завтрак уже закончился, все идут на занятия.

«Красные» среди покидавших столовую студиозусов тоже были, и приглядевшись я опознала парочку сокурсников. За ними и отправилась.

В процессе разглядывания толпы, заметила еще и Дорса. Водник тоже меня увидел и заметно напрягся, и тем быстрее я постаралась скрыться – нас не должны видеть вместе. Ну а говорить ему про караульных и прочее бессмысленно – Дорс взрослый мальчик, он и сам понимать должен.

Желудок неприятно ныл, настроение скатилось в Тартар, глаза, после пролитых слез, немного но болели. Так что в аудиторию я вошла не в лучшем состоянии, и невольно скривилась, обнаружив за кафедрой нашего куратора – профессора Глуна. Не иначе как по закону подлости, он в этот момент на меня смотрел. Так что реакцию заметил и одарил мимолетной презрительной улыбкой.

Но я сцепила зубы и заняла место в первом ряду – еще одна зона отчуждения, кстати. С тех пор, как я выбрала себе место, никто на этот ряд не садился.

Большинство сокурсников явились в момент звонка, чему Глум слегка удивился. Но тоже взял себя в руки, и сказал, громким, хорошо поставленным голосом:

– Итак, господа студенты, сегодня у нас первое занятие по боевой магии. Надеюсь все готовы?

По аудитории пронесся дружный одобрительный гул и губы профессора дрогнули в улыбке. Кажется, боевая магия – его любимый предмет, он оценил реакцию, хотя понятия не имеет, что она подогрета утренним происшествием.

– Но прежде чем мы перейдем к классификации боевых заклинаний, вы должны уяснить вот что: боевая магия – не игрушка. Вы должны усвоить, что чем сильнее маг, тем выше ответственность, которую он несет. А для того, чтобы вы лучше поняли степень этой ответственности, небольшой экскурс в историю. Итак, 3048 год, таверна в центе города Рувиз в королевстве Пирма. Два мага воздуха встретились случайно, после нескольких лет разлуки. Во времена учебы они были друзьями, и они очень рады видеть друг друга. Конечно, они садятся за один стол и заказывают вина. Все хорошо, ничто не предвещает беды.

Но ближе к ночи ситуация меняется. Выпито уже немало, и один из магов припоминает старую обиду. Второй тоже что-то вспомнил. Слово за слово, хозяин таверны и посетители – простые люди, они не в состоянии утихомирить магов. Два отряда стражи, которые прибывают к таверне, тоже бессильны.

Никаких мордобоев, мужчины затевают дуэль на площади. Дуэль проходит по кодексу Браха – это когда сходятся двое неравных по силе. И все идет хорошо, но только до того момента, как Ларс, слабейший из дуэлянтов, выкрикивает новое оскорбление.

Фон Глун заложил руки за спину, вышел из-за кафедры и продолжил уже другим, куда более жестким голосом.

– Итак, господа студенты, у нас два дуэлянта – один слабее, другой заведомо сильнее. Слабейший выкрикивает новое обвинение, вероятно веское. Как должен поступить более сильный маг?

Вот честно, сидя на первом ряду в аудитории наполненной молодыми и горячими (во всех смыслах, ибо маги огня все-таки) людьми, я ожидала криков из серии «раздавить и растереть!». А что вместо этого?

– Он должен был сдержаться! – уверенно заявила какая-то девица. Обернуться, чтобы увидеть, кто именно наделен столь миролюбивым характером, я не решилась.

А Глун горько улыбнулся и кивнул.

Мои брови непроизвольно поползли вверх, и профессор, который точно записал меня в «любимчики», реакцию заметил.

– Что вас удивляет, Дарья? – не скрывая усмешки, спросил он. – По вашему, сильнейшему не стоило сдерживаться?

– Конечно, ему следовало сдержаться, – сказала я. – Но тут налицо провокация. Возможно, маг впал в состояние аффекта и уже физически не мог сдержаться.

– То есть вы его оправдываете?

– Я никого не оправдываю. А вот вы говорите так, будто… однозначно осуждаете второго мага. Ну того, который все-таки не сдержался.

Глун ухмыльнулся и вновь вернулся к аудитории.

– Дарья – иномирянка, ей простительно это невежество, – сказал он. – А вы, без сомнения, поняли, о каких магах речь, и к чему привела та дуэль. Но я повторю, и не только для Дарьи, потому что о таких моментах истории следует напоминать как можно чаще.

Если честно, из всей этой тирады, я выделила для себя только одно: «повторю, и не только для Дарьи». Вау! Это ж сколько медведей в лесу передохло если наш высокомерный куратор решил что-то мне объяснить?

– Итак, Ларс сказал, а Петер Мьедек не сдержался. Петер провел серию сверх быстрых атак, отразить которые, Ларс, разумеется, не мог. Итог – Ларс погиб. А вместе с ним погибло несколько жителей Рувиза – жители домов, которые окружали площадь и были разрушены в результате последней атаки Петера.

Только после этого на место событий подоспел магический патруль, и Петер был схвачен. Но что-то менять было поздно, волна уже пошла.

Петер прекрасно знал, что Ларс является двоюродным племянником его величества Бортонса – короля Пирмы. Узнав о смерти родственника, король потребовал от Совета Магов принять меры, наказать убийцу. Совет магов и сам придерживался такого же мнения, и вынес соответствующий приговор. Но приговор понравился не всем.

Друг Петера – Василий Голубев, посчитал себя умнее Совета магов и организовал побег Петера. Эти двое привлекли на свою сторону еще два десятка магов, и уже вместе захватили дворец Бортонса, убили самого Бортонса и объявили себя новыми правителями Пирмы. Что было дальше вы, опять-таки знаете. Десять лет кровопролитных завоевательных войн, в результате которых с карты нашего мира исчезло три десятка королевств, и появилась печально известная всем Норрийская Империя.

За три века, которые прошли со смерти Петера и Василия, многое изменилось, и их потомки не так агрессивны и тщеславны, как те двое, но Норрийская Империя остается бичом нашего мира, а кровь, пролитую в тех войнах, ничем не смыть. – Глун закончил на высокой, пафосной ноте, а я мысленно вздохнула.

Василий Голубев, говорите? Он ведь иномирец, верно?

– У вас вопрос, Дарья? – обратился фон Глун.

А вопрос действительно был…

– Этот Петер… он тоже из наших?

Губы брюнета скривились в нехорошей улыбке.

– Из ваших, – подтвердил догадку Глун. – Его родное королевство звалось Польшей, кажется.

Я вздохнула и кивнула. Все понятно. Вот они те двое, которым удалось освоить магию. И теперь мне совершенно ясно, за что нас, иномирцев, так не любят. Просто Петер и Василий всех сделали.

– Что, еще вопрос? – встрял в мои мысли профессор.

Аудитория подозрительно молчала, но мне было плевать. Вау-вау! Он по-прежнему готов что-то мне объяснить!

– Если бы на месте Петера был уроженец Полара, какой бы приговор вынес Совет Магов?

Глун замер, зло сверкнул глазами и шумно втянул ноздрями воздух.

– Это к делу не относится, – отчеканил он.

Ага, понятно. Значит – будь Петер поларцем, его бы отмазали. То есть они все-таки расисты, причем конченные. Что ж, это многое объясняет.

– И еще один вопрос, если позволите… Если вы считаете иномирян настолько опасными, если думаете, что кто-то из нас способен повторить поступок Василия и Петера, то зачем вы выдергиваете нас из наших миров? Зачем вы нас призываете?

– Мы не считаем вас опасными, – парировал Глун. Он выглядел очень спокойным, но я чувствовала – врет, ну или недоговаривает. – А ваше появление здесь… Видите ли, Дарья, в нашем мире нехватка магов…

Я тихо рассмеялась. Ага. Я уже слышала эту сказочку от ректора. Нет, простите, я в нее больше не верю. Тот что-то еще, что-то другое.

– Ничего смешного, – сказал брюнет холодно. – Если бы не приказ Совета магов, вас бы здесь не было, Дарья.

Блин! Где мне взять такой приказ, который заставит Глуна вернуть меня обратно?

– Так, продолжаем! – возвестил крайне недовольный моей улыбкой Глун. – Открываем тетради и записываем классификацию боевых заклинаний.

Да, обязательно, но сперва подведем итоги. Первое – поларцы расисты и были расистами задолго до моего появления, еще во времена образования Норрийской империи. Второе – несмотря на этот самый расизм и страх перед иномирцами, который внушили им Петер и Василий, местные маги продолжают рыскать по другим мирам в поисках одаренных людей и переносить их сюда. Я не верю, что это делается только от того, что тут нехватка магов – если бы им был нужен маг в моем лице, меня бы не бросили в омут с головой. То есть кто-то темнит, причем жутко.

А что делать мне в этой ситуации? Выживать, что ж еще?!

Так, а теперь действительно открываем тетрадь и записываем. Тем более что боевая магия в моей ситуации не просто желательна – необходима!

 

После занятия у Глуна на меня косились в два раза больше обычного, но я не парилась. Куда больше меня волновал тот факт, что учить меня магии по-настоящему никто, похоже, и не собирался! А держат меня здесь, видимо, для того, чтобы в случае проверки предъявить высокому начальству.

Конечно, это было лишь предположением, но только до тех пор, пока я не пришла к самому осведомленному, и заметно подобревшему с некоторых пор – к Зябе.

Призрачный монстр выдавать секреты Академии не хотел, но через полчаса уговоров и аргументов, сдался и ворчливо признал мою теорию верной. Все-таки я «девочка для галочки», отброс общества, и я никому в действительности не нужна.

На резонный вопрос – а почему Совет магов позволяет себя обманывать? Неужели он не видит и не понимает, почему иномирцы не обретают магическую силу? Зяба не ответил, тяжело вздохнул и только.

Когда спросила – а не боятся ли мои учителя, что в случае встречи с советом, выдам их маленький грязный секрет, монстр печально улыбнулся и сказал:

– Ничего ты не выдашь, Дашка. Один глоток проверенного веками зелья, и ты послушная, улыбчивая и глупая. – И добавил совсем печально: – Они всегда так делают. И всегда срабатывает.

– А в других учебных заведениях с иномирцами поступают так же?

– А эта Академия единственная, куда принимают таких как ты.

Забавно, конечно, но совсем неприятно.

– Разве? Но ректор говорил о еще каком-то месте, гораздо худшем…

– Врал, – сказал призрак. – Это всего лишь пугалка. Нет никакого другого места, Даша. Есть лечебница для душевно больных.

После этого признания я совсем загрустила. Еще вспомнился разговор с ректором, в котором тот распинался о том, что переход из Полара на Землю сложнее, и если я не стану магом, то могу и не пережить процесс возвращения в свой мир. И что хотя бы поэтому мне следует стараться.

Теперь ясно – все ложь. По их расчетам магом мне не стать, а следовательно я потенциальная смертница. Ну или жительница психушки, что не многим лучше.

Подписка
Хотите узнавать о новых книгах первыми? Боитесь пропустить рассылку? Оставьте свой адрес, и не нужно будет волноваться =)
Мы Вконтакте