Глава 10

 

Утро началось с ожидаемого прихода её высокопревосходительства и полного недовольства возгласа:

— Мадемуазель Элена, вы до сих пор не одеты! А ведь я только-только вчера вас похвалила! Даю пять минут на сборы, и приступаем к тренировке!

Сдержать стон и не зарыться головой в подушку удалось лишь титаническим усилием воли. Да-а, тяжело просыпаться в столь несусветную рань самостоятельно. Мадам Эльза, похоже, уникальная тетка в этом плане.

Книксены и реверансы я выполняла под аккомпанемент собственных зевков и извинений перед гофмейстериной. В результате, уже спустя несколько минут от начала занятия удостоилась пространной нотации на тему того, что ложиться нужно вовремя.

Впрочем, мадам Эльзу я слушала вполуха. Объяснять ее высокопревосходительству, что подобная роскошь от меня не зависит, и за последние дни это первая спокойная ночь, бесполезно — все равно виновата окажусь. А к настойке для бодрости я теперь даже прикасаться не стану. Ибо еще одного купания под «чутким» руководством его высочества я не выдержу!

Впрочем, перед глазами отчего-то появилась вовсе не ужаснувшая меня процедура исцеления от зависимости, а смеющийся Линнелир. Интересно, сколько раз он смеялся за всю свою жизнь? Учитывая специфику этого места, пожалуй, очень редко, и к гадалке не ходи. А жаль: надо отметить, улыбка принцу, безусловно, идет. И повстречай я его в нашем мире, ни за что не сказала бы, что этот двадцати пяти — двадцатисемилетний, на вид, мужчина — один из опаснейших черных магов.

Неожиданно я осознала, что и сама улыбаюсь, а книксены выполняю куда бодрее, чем раньше.

Да и в самом деле, не так уж все и плохо. Высплюсь через неделю. Главное — в живых останусь, об этом Линнелир позаботится. Он обещал, и я ему верю. С таким характером, как у второго наследника, убивают, но не лгут.

— В правильном направлении работаете, мадемуазель Элена, — неожиданно ворвалась в мои мысли похвала гофмейстерины. — Вежливые поклоны действительно необходимо выполнять с положенной для этого улыбкой.

— Стараюсь, как могу, — тут же заверила я.

— Отрадно. В таком случае, заканчивайте, и, пожалуй, можем перемещаться в столовую.

 

 

На завтрак я вышла при полном параде: в балахоне и с посохом. Общаться с сэром Донованом и Амиром, который, несомненно, был в курсе о свойствах и последствиях настойки, не хотелось. Так что, отвесив под наблюдением мадам Эльзы книксен, я быстро скользнула за стол. Однако все надежды на спокойное утро рухнули, ибо едва мы приступили к завтраку, на пороге столовой появился сэр Матиас.

Худощавый маг, с которым черт меня дернул подписать трудовой договор, держал в руках тонкую папку. Гладко выбритый, в отглаженном темно-сером костюме он выглядел серьезным и собранным. Правда, едва взгляд сэра Матиаса остановился на мне, весь деловой вид с него слетел в момент. Глаза мужчины удивленно округлились, и он совсем нетактично выдохнул:

— Элена? Вы живы? И светлая? Но как?!

Рвущуюся с языка грубость удалось сдержать только из-за того, что не хотелось потом выслушивать очередную лекцию мадам Эльзы о приличиях. А ведь этот тип наверняка радовался, думая, что я уже на том свете! Вон как шустро анкеты новых кандидаток на мое место сэру Доновану притащил! В том, что стопочка подшитых бумаг — именно анкеты, я была абсолютно уверена.

Однако пока я подбирала наиболее культурные слова для ответа, неожиданно пришла помощь. И от кого!

— Доброе утро, сэр Матиас, — холодно поприветствовала восседавшая рядом со мной гофмейстерина. — Работая над поведением мадемуазель Элены, я, конечно, уже поняла, что в среде магов с этикетом наблюдаются проблемы. Но не думала, что все настолько запущено. Может быть, вы все-таки постараетесь вспомнить о правилах приличия, и поприветствуете нас, как положено?

— Э-э… гхм, — худощавый маг нервно кашлянул, но быстро взял себя в руки и учтиво поклонился. — Прошу принять мои самые искренние извинения, ваше высокопревосходительство, — произнес он. — Я, видимо, слишком рассеян сегодня. Доброго вам утра и приятного аппетита. Мадмуазель Элена, рад видеть вас в добром здравии.

— Взаимно, — процедила я с натянутой улыбкой.

— Присаживайтесь, Матиас, — пригласил коллегу к столу сэр Донован, и тот, благодарно кивнув, тотчас устроился напротив меня.

И начались расспросы. Как и принцессу Анабель, сэра Матиаса интересовали подробности всего, что со мной случилось. При этом общался он теперь с исключительной вежливостью, так что не отвечать я просто не могла. Правила светской беседы обязывали. Пришлось вновь рассказать и о посещении Искристой обители, и о переданном принцем Линнелиром ключе. Ну и в который раз подтвердить — я без понятия, почему, в отличие от предшественников из моего мира, не погибла во время обряда инициации.

— Видимо, мне просто повезло, — завершила повествование я.

— В любом случае, я бесконечно за вас рад, — тут же заверил сэр Матиас с улыбкой, настолько приторной и фальшивой, что захотелось скривиться.

Ведь еще недавно маг считал меня пустым местом, затычкой одноразовой, недостойной даже банального «здравствуйте». А теперь, поди ж ты, рад он.

Но, несмотря на жгучее желание высказать сэру Матиасу все, что накипело, приходилось терпеть и запивать свой сарказм чаем.

— И что же, вы только инициацию прошли и сразу вернулись? — тем временем, продолжал выспрашивать подробности маг.

— Разумеется. У нас ведь контракт, — раздраженно напомнила я, мечтая лишь о том, чтобы этот светский «допрос» быстрее закончился.

— Верно, верно, — тут же закивал сэр Матиас. — Просто я подумал, что вновь обретенные коллеги могли хотя бы на чай вас пригласить.

— Нет. — От мыслей о возможной задержке в Искристой обители меня передернуло. — Чай и здесь выпить можно.

В подтверждение собственных слов, я нервно схватила чашку и сделала большой глоток. Господи, когда этот клещ, наконец, отстанет?

— Разумеется, — охотно согласился худощавый «клещ». — Тем более, здесь все свои.

О, да, «свои», как же. «Сказал бы еще, что о моем здоровье тут искренне беспокоились!» — зло подумала я и едва не поперхнулась чаем, поскольку именно эти слова сэр Матиас и произнес. Вот ведь!

А маг продолжил рассыпаться в комплиментах и остановился лишь, когда завтрак подошел к концу. В момент, когда он подхватил со стола папку и поднялся, я едва сдержала облегченный вздох.

— Что ж мне, к сожалению, пора. Приятно было пообщаться, — сообщил сэр Матиас. — Донован, обсудим наши дела вечером. Ваше высокопревосходительство, мадмуазель Элена, удачного вам дня, — пожелал он и отвесил галантный поклон.

Спустя мгновение дверь за худощавым магом закрылась.

Вскоре и мы поднялись со своих мест, и уже собрались распрощаться с ее высокопревосходительством, когда сэр Донован неожиданно нахмурился, рыкнул:

— Прорыв.

И стремительно метнулся к двери. Мы с Амиром дружно рванули следом.

Лестницу преодолели за считанные мгновения и, не снижая скорости, помчались по коридорам. Причем надо отдать хранителю должное, бегал он, несмотря на свой возраст и увесистый посох в руках, довольно быстро. Во всяком случае, я и раньше-то едва за ним поспевала, а уж теперь, с тяжелой палкой наперевес, и подавно.

Попадающиеся навстречу вельможи и прислуга прытко расступались, провожая нашу троицу любопытными взглядами. А я вдруг поняла, что узнаю окружающую обстановку: мы оказались в гостевом крыле, которое буквально вчера проверяли с сэром Донованом!

Теперь сердце гулко застучало не только от быстрого бега, но и из-за панических мыслей. Неужели мы что-то не досмотрели? Неужели я была настолько усталой и рассеянной, что не смогла нормально нейтрализовать какую-то угрозу?

Неожиданно сэр Донован замедлился, на ходу принимая подобающий положению хранителя строгий и собранный вид.

Пытаясь отдышаться, я увидела, что впереди, у одной из дверей, собралась приличная толпа народа. Люди возбужденно переговаривались, а, заметив нас, загомонили более активно и стали расступаться. «Хм, не похоже это на прорыв…» — успокоительную мысль прервало странное скрежетание, после чего по коридору разнесся приглушенный вой, от которого мое сердце в мгновение ока перепугано скакнуло в пятки.

Толпа отпрянула от заходившей ходуном двери, не оставляя и тени сомнений — очередное порождение этого замка ужасов там! Внутри! И, похоже, размером не с собаку, а намного больше!

— Не бойся, — шепотом подбодрил Амир, подхватывая меня под руку.

Клянусь, только благодаря этому удалось удержаться от желания развернуться и немедленно дать деру. В смысле, не из-за слов, а по причине того, что все равно не отпустили бы. Чертов контракт! Чертова магия! Чертовы колдуны… хотя, кажется, я опять повторяюсь.

Воспоминание о недавнем насмешливом замечании принца Линнелира помогло кое-как успокоиться и взять себя в руки. В конце концов, он обещал, что я выживу. Да и тут я не одна — вон, сэр Донован рядом в полной готовности с посохом наперевес стоит. Так что мне нужно просто думать о хорошем.

— Это покои графини Дейдры Данабелльской и ее дочери мадемуазель Лауры, — тем временем, быстро отчитывался перед хранителем один из лакеев. — Когда графиня вернулась с утреннего променада, дверь оказалась заблокирована. Мы не знаем, что произошло, и смогли выяснить только, что около часа назад к мадемуазель Лауре пришли ее подруги — виконтесса Сесилия Тарренская и графиня Мариэль Вилицкая. И, на данный момент, все три девушки до сих пор находятся… там, — лакей сглотнул и кивком указал на дверь.

Проследив за ним я, наконец, смогла разглядеть, что эта самая дверь оказалась щедро заляпана какой-то слизью. Полупрозрачная зеленоватая пакость сочилась изо всех щелей, точно смола, фиксируя дверь и не давая никому проникнуть внутрь.

«И выбраться тоже», — мысленно поправилась я. Сей факт на данный момент весьма радовал, особенно после того, как из покоев раздался новый вой.

— Разберемся, — уверенно произнес сэр Донован. — Отойдите все подальше. Элена, Амир будьте начеку.

Мы слаженно кивнули и, дабы не мешать хранителю, отступили на пару шагов. Поудобнее перехватив «боевой артефакт», я в очередной раз попыталась настроиться на позитив. Получалось с трудом, ибо зеленая жижа вызывала стойкое отвращение.

А сэр Донован встал напротив двери, сосредоточился, и камень в его посохе знакомо вспыхнул фиолетовым. Охваченная магическим сиянием слизь тотчас пошла пузырями, которые, лопаясь, мгновенно наполнили воздух сильнейшей вонью и полчищем черных мушек.

Я закашлялась и впервые искренне обрадовалась тому, что получила посох светлого хранителя. Мушки-то всей стаей прямиком ко мне рванулись, и без нейтрализующих свойств артефакта сейчас пришлось бы тяжко.

Интересно, может, я и еще чем-то теперь могу помочь?

Отвлекать занятого хранителя не хотелось, так что задала этот вопрос Амиру.

— Чем-то стоящим — вряд ли, — вполголоса ответил тот. — Но вот попробовать ослабить эту блокировку можно. Тут любая светлая магия, даже самая слабая, на пользу пойдет.

— Тогда говори, что делать, — решилась я.

Уж больно хотелось поскорее от тошнотворной вонищи избавиться. В конце концов, не получится, так не получится. А если хоть что-то выйдет, еще лучше: быстрее это место покинем.

— Да все то же, что и раньше, — начал объяснять Амир. — Только теперь концентрируйся на посохе, чем сильнее, тем лучше. И представь, что перед тобой не слизь вовсе, а какая-нибудь солнечная поляна с ромашками.

— Ромашки? — я не удержалась от удивленного смешка, ибо это слово помощник хранителя на чистом русском языке произнес. — А они у вас тут тоже растут?

— Нет, — разочаровал Амир. — Я даже без понятия, как они выглядят. Просто у многих твоих предшественниц этот образ почему-то самые стабильные положительные эмоции вызывал. Короче, как воспроизведешь картинку перед глазами, направляй ее в посох. В теории, он должен твои позитивные эмоции уловить, усилить и направить по адресу.

— Окей. Ромашки, так ромашки, — понятливо кивнула я и, посильнее сжав в руках посох, прикрыла глаза.

Сконцентрироваться, говорите, надо? Ну, это мы проходили. Восстановив в памяти порядок описанных в учебнике действий, я постаралась избавиться от посторонних эмоций. После чего сосредоточилась на светлом, позитивном образе полевого цветка настолько, чтобы тот обрел кристальную четкость. И в конце, как могла, попыталась мысленно объединить эту картинку со своим боевым артефактом. В ответ на это посох ощутимо нагрелся, а спустя мгновение раздался жуткий грохот, и меня воздушной волной отбросило назад!

Упасть не дал вовремя среагировавший Амир. Помощник хранителя умудрился подхватить меня практически на лету и тут же поставить на ноги. Правда, отблагодарить его я не успела. Только ошарашено открыла глаза, увидела раскуроченный, обугленный дверной проем, а в следующий миг из комнаты с диким, оглушающим воем навстречу нам рванулась огромная тварь.

Здоровенная, в два моих роста, она отдаленно напоминала медведя-гризли, только клыки зверюге достались от предков саблезубого тигра, а шерсть полностью заменяли серые костяные пластины. Уродливыми, покрытыми лишайником нашлепками, они покрывали все ее тело.

Я с визгом отшатнулась, но тварь так и не покинула пределов комнаты, в прыжке ударившись о вовремя выставленный сэром Донованом магический барьер. От столкновения со здоровой тушей полупрозрачная мерцающая пленка мгновенно пошла фиолетовыми разводами, однако выдержала.

Сердито зашипев, тварь клацнула зубами, но, все же предпочла отступить. Передвигалась она скользящими рывками по бледно-зеленой слизи, подобной той, какую мы обнаружили недавно на двери. Эта же слизь густо покрывала стены и даже потолок гостевых графских покоев. Н-да, тут и к гадалке не ходи — девушек в живых явно нет…

Вокруг послышались возгласы отвращения. Видимо, даже по меркам здешних обитателей зверюга выглядела не ахти.

Внезапно нападение на поставленную сэром Донованом защиту повторилось. Только теперь к нам бросились аж две твари, точные копии первой. Так их там трое?

Я с нехорошим предчувствием вгляделась в беснующихся по ту сторону барьера тварей. Это ведь не то, о чем я подумала, верно? Это ведь не графиня с подружками?

— Вот яркий пример того, что колдовать в нестабильной зоне опасно для здоровья, — раздался спокойный голос сэра Донована. — Судя по всему, девушки пытались навести на себя приворот и заклинание привлекательности, и вот результат.

Наградой ему был общий изумленный вздох окружения.

— Вы хотите сказать, что эти… они… это девушки? — недоверчиво спросил кто-то из мужчин.

— Именно, — подтвердил сэр Донован и, кивком подозвав помощника, приказал: — Амир, пойди, возьми разрешение на элиминацию у его величества.

Тот коротко кивнул и устремился прочь по коридору. Бегать помощник хранителя не стеснялся, и достаточно быстро исчез из поля зрения. А новый, на этот раз женский голос встревожено уточнил:

— Хранитель Донован, а что вы подразумеваете под элиминацией? Убийство?!

— А что вы предлагаете еще с ними сделать? Отпустить бегать на волю? — хмыкнул хранитель.

— Но это ведь именитые дворянки!

— Мне жаль, но уже нет, — твердо опроверг маг. — Под воздействием темной магии у них даже человеческого сознания не осталось. Увы, но обратная трансформация в этом случае невозможна. Именно поэтому я повторял, и буду повторять — не колдуйте бездумно вблизи темного источника, — завершил он.

Похоже, хранитель решил воспользоваться ситуацией, чтобы вразумить хотя бы какую-то часть находящихся неподалеку гостей.

Где-то в толпе раздался женский всхлип и шум падающего тела. Судя по последовавшим за этим сочувственным вздохам, графиня Данабелльская упала в обморок. А за магической преградой по-прежнему бесновались зверюги, периодически проверяя ее на прочность.

Некоторое время мы молча за ними наблюдали, а потом сэр Донован вдруг обернулся и задумчиво произнес:

— Кстати, мадемуазель Элена, ваша помощь оказалась весьма кстати. Как вам удалось столь эффективно уничтожить барьер?

— Э-э, — я замялась. — Честно сказать, я и сама не ожидала такого эффекта. Просто постаралась сконцентрироваться, как написано в учебнике, и подключить к нейтрализации посох.

— Учебник? — Тут же заинтересовался сэр Донован. — Какой? Из Искристой обители?

— Да, — подтвердила я, замечая, как на губах хранителя промелькнула довольная улыбка.

— Очень хорошо, — констатировал он. — Раз у вас такие способности к концентрации, значит, теперь работа пойдет быстрее.

Неожиданная похвала заставила меня смущенно потупиться и, одновременно, почувствовать гордость. Все-таки я хоть на что-то, но способна! И даже тяжесть посоха перестала расстраивать: подумаешь, потаскаю пару-тройку лишних килограмм? Зато я теперь, ух! Я ж теперь с этим посохом такое могу!..

От мечтательно-разрушительных фантазий отвлекло неожиданно воцарившееся вокруг молчание, прерываемое лишь шорохом шуршащих платьев. Быстро оглядевшись, я увидела несколько приближающихся дворян, среди которых опознала Амира и его высочество Джердана.

Наследник! Я торопливо склонилась в реверансе, который, даже несмотря на зажатый в руке посох, вышел на удивление сносным.

— Что у вас тут, Донован? — приблизившись, спросил принц.

Голос у его высочества оказался уверенным, резким, совсем не похожим на бесцветные ледяные интонации Линнелира.

— Превышение официально допустимого суточного магического лимита на территории Полуночного замка, — охотно откликнулся хранитель. — И, как результат, локальный прорыв средней степени, плюс, необратимая темная трансформация.

— Все трое? — уточнил принц Джердан, разглядывая мерцающую фиолетовыми искорками преграду.

Отвечать не потребовалось: завидев потенциальную жертву, твари дружно бросились к дверному проему. Его высочество, впрочем, видом мутировавших дворянок не впечатлился. Окинув их равнодушным взглядом, он произнес:

— От имени королевской семьи элиминацию разрешаю.

По толпе прокатилась новая волна всхлипов и вздохов. А, принц уже развернулся к сэру Доновану и, так уж получилось, что и ко мне.

— Новая светлая в замке? — Словно только сейчас заметив, одарил меня пристальным взглядом Джердан.

— Это Элена, ваше высочество, — тотчас представил хранитель, а я поспешно изобразила еще один реверанс. — Только вчера из Искристой обители прибыла.

— Досрочный выпуск? Что ж, уже легче, — удовлетворенно констатировал принц и, вновь переключив внимание на сэра Донована, приказал: — Приступайте к элиминации, хранитель. У меня еще полно дел.

— Да, ваше высочество, — поклонился тот и вплотную подошел к магическому барьеру.

Короткий гортанный выкрик, взмах посохом, и с навершия боевого артефакта хранителя одна за другой сорвались три черные молнии. Миг, и зверюг охватило фиолетовое пламя. Раздался дикий, полный боли и агонии вой, а спустя несколько секунд вместо жертв неудачного приворота на пол со шлепком упали три сгустка слизи.

От неприятного зрелища меня передернуло. Н-да, жалко, все-таки, девчонок. В нашем мире жертвы пластической хирургии хотя бы живыми остаются…

Эх, выпить бы сейчас что-нибудь крепкое!

Нервно кусая губы, я наблюдала за тем, как принц Джердан коротким кивком благодарит сэра Донована за работу и покидает треклятый коридор. Больше всего на свете в этот момент хотелось последовать его примеру. С затаенной надеждой я перевела взгляд на хранителя, но… услышала совсем другое:

— Что ж, Элена, теперь ваша очередь. Заходите.

Идти туда?! В эту склизкую вонищу? Черт, дайте выпить! Срочно, хотя бы пару глотков пива! Согласна даже на «Балтику»!

Кожей чувствуя на себе десятки заинтересованных взглядов, я сглотнула тошнотворный комок и сделала первый, неуверенный шаг к раскуроченному проходу в графские покои.

— Не переживай, Лен, там ничего опасного не осталось, — раздался из-за спины ободряющий голос Амира. — Расслабься и думай о цветочках… — помощник хранителя вдруг запнулся и вполголоса добавил: — Кстати, мне уже любопытно, что это за цветы такие — ромашки?

Я хихикнула, после чего, наконец, решилась и зашла в помещение, брезгливо высматривая, куда бы наступить. Уж очень по слизи ходить не хотелось.

Неприязнь оказалась взаимной: зеленоватая пакость тоже близкого контакта со мной не жаждала. Напротив, она расползалась от меня как ошпаренная, шла пузырями и лопалась, источая премерзкий запах. Сволочь!

Почувствовав, что посох опять начинает нагреваться, я сжала зубы и постаралась расслабиться. В конце концов, эти покои необходимо в порядок привести, а не спалить еще что-нибудь. Так что, прикрыв глаза, я в который раз начала повторять заученную за эти дни мантру: «Я совершенно спокойна, я абсолютно счастлива», и мечтать о пиве.

Бледно-зеленая мерзость вокруг стремительно пошла на убыль, порождая полчища черных мошек. Мошки бросались на меня и гибли в защитном поле посоха. И все бы хорошо, но оставалась одна серьезная проблема — вонь. Она по-прежнему выделялась во время уничтожения слизи, однако, в отличие от магических насекомых, исчезать и не думала.

В результате, гостевые комнаты с каждой минутой все больше походили на местный аналог газовой кунсткамеры. Завершая нейтрализацию, я уже дышала через раз и твердо уверилась в необходимости для дальнейшей работы вытребовать у сэра Донована противогаз. Нет, ну до чего же отвратительная хрень из этого прорыва образовалась!

— Пожалуй, достаточно. Можем уходить, — наконец, раздался голос наблюдавшего за процессом моей работы хранителя.

Дважды предлагать не пришлось. Едва получив разрешение, я буквально вылетела из графских покоев и наконец-то вздохнула полной грудью.

Правда, несмотря на надежду как можно быстрее покинуть это место, сразу уйти не удалось: нас задержал лакей. Склонившись в учтивом поклоне перед сэром Донованом, он сообщил:

— Хранитель, графиня Данабелльская очень хотела бы с вами поговорить.

— Вообще-то, я весьма занят, — откликнулся тот с явной неохотой.

— Графиня понимает, и все же умоляет уделить ей хотя бы несколько минут.

Сэр Донован недовольно поджал губы, но все же на разговор с матерью одной из погибших девушек согласился.

— Хорошо, — произнес он и, взглянув на меня, приказал: — Мадемуазель Элена, подождите пока здесь.

— Как скажете, — я покорно кивнула, после чего сэр Донован отправился за лакеем.

Буквально через несколько шагов оба растворились во все прибывающей толпе сочувствующих-ужасающихся-любопытных. Я же отошла к стене, облокотилась на посох и постаралась отключиться от окружающей суеты.

Несмотря ни на что, я была собой довольна. Все-таки мало кто может похвастаться умением разносить двери в щепки силой мысли. Интересно, смогу ли я научиться такому же фокусу, но без посоха?

Представив, как дома буду демонстрировать друзьям сие колдунство, я мечтательно улыбнулась.

— Рад видеть вас в хорошем настроении, мадемуазель Элена, — отвлекая от приятных мыслей, вдруг раздался рядом знакомый голос.

Рядом стоял сэр Матиас и снова приторно улыбался.

— Благодарю, — сухо откликнулась я, не разделяя радости мага от встречи. — Вы что-то хотели?

— О, ничего особенного, — тут же заверил он. — Меня послал хранитель Донован. Просил передать, что задержится и проводить вас в башню. Дождетесь его там, да и пообедаете заодно.

Что ж, пожалуй, все-таки стоило поблагодарить сэра Донована за заботу. Мог бы ведь и не беспокоиться о такой мелочи, а оставить меня в этом вонючем коридоре на все время выяснения отношений с графиней. А что проводник выискался не ахти, так это мелочи.

Подхватив посох, я отправилась следом за сэром Матиасом. Худощавый маг шел быстро, словно куда-то торопился. Впрочем, оно и не удивительно: у него наверняка своих дел полно, а тут меня на шею повесили. Поэтому, несмотря на то, что через несколько минут спешки стало сбиваться дыхание, я не жаловалась. В конце концов, быстрее придем, быстрее распрощаемся.

Занятая собственными мыслями, я почти не обращала внимания на окружающую обстановку. Опомнилась лишь, когда пол пошел под уклон, и стало легче идти. Хм, что-то о подобных спусках-подъемах на пути сюда я не припомню. Да и коридор, в который мы свернули, как-то темноват и пустоват для центрального…

— Сэр Матиас? — Замедляя шаг, обеспокоенно позвала я. — А разве этот путь ближе?

— Разумеется, — оборачиваясь, с неизменной улыбкой протянул сэр Матиас и внезапно резко, наотмашь взмахнул рукой.

Я только и успела испуганно дернуться, как ноги подкосило, а сознание заволокла темнота.

 

 

В себя пришла почти сразу, лежа на полу. Голова гудела, к горлу подкатила знакомая послеобморочная тошнота. Что, черт побери, произошло?

Едва я об этом задумалась, сознание услужливо воспроизвело картинку с нападением сэра Матиаса. Испуганно вздрогнув, я оперлась ладошками о холодный камень, приподнялась… и замерла.

Худощавый маг оказался неподалеку. Мы все еще находились в сумеречном коридоре, но теперь не одни. На сэра Матиаса нападали непонятно откуда взявшиеся черные «доберманы», как две капли воды похожие на тех, что недавно пытались меня убить! Порождения тьмы бросались на мага, все дальше оттесняя его в противоположную от меня сторону. А сэр Матиас с явным трудом удерживал то и дело полыхающий пурпуром магический щит, и пытался отбиваться от инфернальных зверюг длинным изогнутым кинжалом.

От увиденного у меня похолодело на сердце, а сознание затопил панический страх. Что это? Неужели прорыв? Но тогда почему «доберманы» нападают не на меня, а на колдуна?

Хотя, какая разница? Сейчас главное — бежать! Бежать отсюда, ибо еще одной стычки с этими зверюгами я не выдержу!

Взбурливший в крови адреналин придал сил. Я подскочила с пола, резко развернулась и неожиданно в кого-то врезалась. Взвизгнула, попыталась отпрыгнуть, но была перехвачена за талию, а потом знакомый бесцветный голос процедил:

— Не дергайся.

Линнелир!

В материализовавшегося прямо из воздуха принца я вцепилась со всем отчаянием, на какое была способна. Даже устрашающий вид его высочества и пылающие черным бешенством глаза не испугали. В сознании билась лишь одна мысль: рядом с ним безопасно! Даже если эти зверюги попытаются броситься следом, Линнелир со всеми справится!

Но случилось невероятное: принц тихо свистнул, и порождения тьмы послушно застыли в шаге от сэра Матиаса.

Так это что же, не прорыв? Это… они меня охраняли, что ли?!

Я перевела ошарашенный от неожиданной догадки взгляд на Линнелира, но тот не пожелал ничего объяснять. Вместо этого чуть прищурился и медленно, вкрадчиво произнес:

— Матиас?

— Ваше высочество! — Белый как мел маг тотчас склонился в поклоне. — Уверяю, ваше высочество, подобное больше не повторится…

— Разумеется, — холодно оборвал принц.

А в следующее мгновение сэр Матиас закричал. Громко, жутко, надрывно. И, вроде, ничто его не трогало, однако на коже худощавого мага внезапно проступила кровь. По телу сэра Матиаса прошла судорога, а потом он рухнул на каменные плиты пола.

Не в силах наблюдать за бьющимся в агонии магом, я уткнулась в жесткую черную униформу Линнелира и отстранилась лишь, когда все окончательно стихло. Правда, в сторону окровавленного куска мяса, бывшего еще недавно не самым слабым колдуном, по-прежнему старалась не смотреть.

Вместо этого перевела взгляд на принца, желая поблагодарить за помощь, но не успела. По-прежнему пребывающий в ярости Линнелир теперь обратил свое внимание на «доберманов», прорычав:

— Я вас для чего из-за грани вытащил? Приказ был один — защищать! Так какого демона вы допустили, что на объект охраны напали?!

Инфернальные порождения тьмы от такого разноса поджали уши и заскулили, совсем как обычные собаки. И мне неожиданно стало их жалко. Все-таки, животных я с детства любила, причем всех. Даже в шестом классе, помнится, с мальчишкой-старшеклассником из-за обычной дворняги подралась, хотя дворняга была совершенно незнакомая. А эти двое, пусть и темномагические монстрики, все-таки за меня сражались!

Однако у принца было другое мнение.

— Слышать не желаю оправданий! — прошипел он. — Не можете справиться с такой мелочью, убирайтесь обратно!

Линнелир поднял руку… и я не выдержала. Не совсем понимая, что делаю, вцепилась в его запястье с криком:

— Не надо!

Принц изумленно замер. Видимо, его высочество ни разу в жизни никто не останавливал. Хотя это не удивительно: трудно представить психа, который на такое решится… гм. М-да. И впрямь, трудно. Проще посмотреть в зеркало.

Глядя, как брови Линнелира взметнулись вверх, я поняла, что влипла. Но отступать было некуда, поэтому я зажмурилась и быстро, с мольбой, протараторила:

— Пожалуйста, Лин, не надо! Они меня хорошо защищали и жизнь спасли! Не надо их убивать!

Ответом мне была тишина. Прошла секунда, другая, на третьей я нерешительно приоткрыла глаза, но ожидаемой ярости на лице принца так и не узрела. Только легкое любопытство.

— Ты что, серьезно? — хмыкнув, уточнил он. — Тебе на самом деле их жаль?

Я нервно сглотнула и утвердительно кивнула.

После этого удивление отразилось даже на мордах «доберманов», а принц констатировал:

— Ты самая ненормальная светлая из всех, что мне попадались.

— Я… просто животных люблю, — выдавила я. — А они… все-таки живые. И если их убивать, им, наверное, будет больно…

Дальнейшие попытки оправдаться прервал хохот его высочества.

— Слышали, кому жизнью обязаны? — сквозь смех, обратился к «доберманам» принц. — А вы ее еще сожрать хотели!

Зверюги одновременно посмотрели на меня и… черт, готова поспорить: в их пылающих глазах мелькнуло что-то разумное!

Линнелир же, окончательно потеряв к «доберманам» интерес, наконец, от меня отстранился и направился к телу сэра Матиаса. Быстро оглядев труп, он поднял с пола длинный изогнутый кинжал, после чего обернулся ко мне и «обрадовал»:

— Церемониальный нож Васха. Поздравляю, у тебя всего лишь хотели вырезать сердце.

Я сглотнула и непроизвольно ляпнула:

— З-зачем?

— Ну-у, если мне не изменяет память, существует три ритуала с сердцем светлой девственницы, не привязанные к определенной лунной фазе, — охотно откликнулся Линнелир. — Это «Величие», «Убеждение» и «Доминация». «Величие» Матиасу было ни к чему, ибо к королевскому роду он отношения не имеет, на «Доминацию» силенок бы не хватило. Отсюда следует единственный вывод: он хотел получить способность внушать окружающим свои мысли. «Убеждение» — весьма сильная штука, обходит практически любую ментальную защиту. И вопрос у меня возникает только один — как он узнал, что ты девственница?

— Не знаю, — прошептала я и вдруг поняла! — Договор! Я его кровью подписывала, а иглу сэр Матиас давал! Значит, наверное, как и ты, мог по крови почувствовать, ну…

— Мог, — хмурясь, подтвердил принц.

— Вот! — моя мысль пошла дальше. — Сегодня утром он расспрашивал меня, что происходило в Искристой обители, выпытывал все подробности. И, видимо, понял, что к светлым лишенцам я после инициации не попала. А теперь… — я запнулась и в панике посмотрела на Линнелира, — это что же, любой, кому мой договор попадется, тоже обо всем узнает?

— Нет, — успокоил его высочество, одновременно банальным щелчком пальцев уничтожая кинжал. — Только по свежей крови можно получить такую информацию явно. Засохшую для этого придется специально исследовать. Да и вообще, твой договор хранится в сейфе Донована. Посторонним он на глаза не попадется, а старику изучать твою кровь и в голову не придет.

— А если придет? — буркнула я.

— Значит, и его убью, — Линнелир равнодушно пожал плечами.

Ничего себе! И он говорит об этом таким обыденным тоном!

Хотя чему я удивляюсь? Об этом человеке такие ужасы рассказывают, что простое устранение лишних свидетелей — банальность. С таким-то характером и статусом неприкосновенной особы…

Кстати, о характере и статусе. Только теперь, когда разум, наконец, смог оттеснить эмоции на второй план, я окончательно осознала, в какие неприятности едва не вляпалась. Хватать за руку разъяренного принца! Разговаривать без малейшего почтения к титулу! Да гофмейстерину Эльзу от того, как я общаюсь с представителем королевской семьи, инфаркт бы хватил!

Чудо, что Линнелир до сих пор не открутил мне голову. Видимо, сдержался лишь потому, что у нас договор. Однако этот договор, если так подумать, не исключает моей «легкой» инвалидности…

Представив подобную вероятность, я нервно сглотнула. Нет уж, лучше не испытывать судьбу и больше не проверять терпение принца на прочность, а вести себя согласно этикету.

Тем временем, предмет моих опасений и страхов — Линнелир — направился к гобелену на противоположной стороне коридора. Отодвинув кусок материи, его высочество коснулся рукой стены, и часть каменной кладки послушно отползла в сторону.

— Пойдем, Елена, — позвал он. — До башни провожу, так ближе будет. И спокойнее.

Послушно кивнув, я подняла с пола посох и быстро приблизилась к принцу. А когда Линнелир посторонился, пропуская меня вперед, попыталась изобразить благодарный реверанс. Но неожиданно была перехвачена за локоть и остановлена, после чего его высочество процедил:

— Не кланяйся. Меня это бесит.

— Да, ваше вы…

Уверенное касание пальцами моих губ и второй приказ:

— И называй меня по имени, раз уж начала.

Я в который раз за день опешила. Черт, как-то слишком много всего и сразу! И, главное, с какой стати? Ну ни за что не поверю, что принц, тем более подобный Линнелиру, вдруг мог проникнуться идеями всеобщего равенства! Так с чего вдруг мне такая честь оказана?

Ответа на этот вопрос, не было. Пришлось натянуто улыбнуться и, пролепетав невразумительное: «Хорошо», скользнуть в тайный ход, на этот раз сухой и довольно просторный.

Едва дверь закрылась, пространство осветил небольшой голубоватый огонек и, обойдя меня, Линнелир уверенно направился вперед.

Следуя за принцем, я старалась держаться как можно ближе: после недавней прогулки с призрачной баронессой, находиться в подобном месте было неприятно. И почему бы ему было просто не переместить нас сразу к башне хранителя? В том, что Линнелир владеет телепортацией, сомнений нет: во время нападения на меня он это великолепно продемонстрировал, появившись прямо из воздуха. Так зачем время тратить на пешие прогулки? Да и сэр Донован, наверное, уже узнал о моем отсутствии…

Я в задумчивости сверлила спину его высочества, не решаясь высказаться вслух, и вдруг услышала бесцветное:

— Спрашивай уже, что хотела.

— Э-э, — от неожиданности я на мгновение замялась и нерешительно выдавила: — А почему бы не переместиться сразу в башню? Ко мне ведь вы смогли?

— Я знаю твою кровь, поэтому конечную точку перемещения хорошо чувствую и портал открываю легко, — ответил Линнелир. — Но без маяка прокладывать портал — нудное и требующее точных расчетов занятие. Намного проще пешком дойти.

— Понятно, — я не удержалась от разочарованного вздоха, чем тотчас заслужила встречный вопрос:

— Ты куда-то торопишься?

Ледяной тон, которым он был задан, недвусмысленно намекал о том, что принцу подобная вероятность отчего-то не нравится. Пришлось быстро отрицательно мотнуть головой и пояснить:

— Сэр Донован, наверное, разозлился, что меня нет. Ругаться будет.

— А, это, — к голосу Линнелира мгновенно вернулось обычное равнодушие. — Не переживай: расскажешь о нападении, да и все. О трупе Матиаса дяде уже наверняка доложили.

— Дяде? — Я охнула. — Так сэр Донован — родственник короля?

— Двоюродный брат, — подтвердил принц и вопросительно приподнял бровь. — Что тебя удивляет? Неужели думаешь, что столь ответственную должность мы доверили бы кому-то постороннему?

— Ну… нет, наверное, — признала я, а потом встревожено уточнила: — А ему все рассказывать? Но ведь тогда сэр Донован узнает, что сэра Матиаса убил ты… вы…

Я запнулась, не зная, как теперь правильно обращаться к Линнелиру, однако тот только раздраженно отмахнулся:

— Светлый хранитель с момента вступления в должность официально находится под защитой. Так что в данном случае, убивая Матиаса, я был полностью в своем праве.

— Понятно, — успокаиваясь, кивнула я.

— Повторяешься, — отметил принц и, свернув в какой-то тупичок, коснулся стены.

Когда открылась дверь, оказалось, что Линнелир вывел нас к небольшой галерее рядом с центральным коридором Полуночного замка. Знакомое место: мы с сэром Донованом уже несколько раз здесь проходили, и до башни хранителя отсюда рукой подать.

— Дальше дорогу сама найдешь, — видимо, подумав о том же, решил его высочество и подтолкнул меня на выход.

Я по инерции сделала шаг вперед, и тайная дверь за спиной тотчас захлопнулась.

Подписка
Хотите узнавать о новых книгах первыми? Боитесь пропустить рассылку? Оставьте свой адрес, и не нужно будет волноваться =)
Мы Вконтакте