1.

 

Понедельник – день тяжелый. Особенно, если поспать удалось всего три часа. И ведь не по собственной вине! Задержали отправку маминого рейса, так что из аэропорта удалось выбраться лишь около двух ночи. А там пока доехала до нашей однушки в Отрадном, пока поела-умылась… В общем, выспаться не получилось.

Зевая, я вошла в офис.

– Ну, как? Проводила? – поприветствовала меня бухгалтерша Ирина Алексеевна, с которой мы делили небольшой кабинетик.

– Угу, – я сонно кивнула. – Представляешь, до половины второго разрешения на посадку не давали! Почти четыре часа ждать пришлось.

– Ничего, зато сегодня выспишься.

– Не знаю, не уверена, – я поморщилась. – Бабушка вчера звонила, очень хотела меня увидеть. Вот прям срочно, едва истерику не закатила. А я не смогла – мама тоже в позу встала. Так что придется сегодня съездить, узнать, что случилось. И почему мне отпуск не дали? Сейчас бы с мамой на Кипр летела… – я мечтательно зажмурилась, а потом вздохнула.

– Извини, Ариночка, – посочувствовала Ирина. – Сама понимаешь, после того, как Вячеславна уволилась, ты у нас одна кадровичка и осталась. А у меня сейчас отчет квартальный, не смогу я тебя подменить.

– Да ничего, – я махнула рукой. – Понимаю. Эх, чувствую, ждут меня крики и обвинения.

– Все-таки странная у тебя бабка, – Ирина покачала головой.

Не спорю. Бабушка по линии отца и впрямь была весьма странной. Всю жизнь, сколько себя помню, она не желала меня знать. Возможно, и из-за того, что родители не были женаты. Они только начинали встречаться, когда отец погиб, и только спустя неделю после его смерти, мама узнала, что беременна. Но когда она решилась рассказать об этом бабушке, та попросту прогнала ее. Двадцать пять лет она отказывалась поддерживать с нами какие-либо отношения, а две недели назад внезапно объявилась и потребовала меня к себе. Мать, разумеется, такое внезапное проявление родственных чувств восприняла в штыки, однако бабушка заявила, что готова оставить единственной внучке квартиру. Просторную двушку почти в центре Москвы, в добротном сталинском доме мама упустить не могла. Так что пришлось мне знакомиться с вновь обретенной родственницей.

Правда, общение наше было не таким и частым: последнее время я почти каждый день задерживалась на работе. За две недели я видела бабушку лишь у нотариуса, да пару раз заезжала ненадолго после работы – привозила ее любимые травяные чаи. В сумке, кстати, еще с вечера лежали три заказанные бабушкой пачки: ромашковый, с чабрецом и бергамотом.

Время близилось к обеду, когда Ирина отправилась к Главному подписывать очередную стопку бумаг. Всучив бухгалтерше заодно и пару обработанных анкет на новых сотрудников, я встала и потянулась.

Внезапно окно распахнулось, и резким порывом ветра меня отбросило к стенке. Дыхание перехватило, по телу прошла горячая волна, а потом наступила темнота.

 

* * *

 

Очнулась я от того, что кто-то зовет меня по имени и трясет за плечи. Открыв глаза, увидела склоненную над собой Ирину с бледным, перепуганным лицом.

– Ариночка, ты что? Ты как? – зачастила она. – Я Вальку вызвала, она уже бежит, ты только глаза не закрывай, хорошо? Слышишь?

– Слышу, – просипела я и медленно поднялась.

– Не стой, давай, на стул! – тотчас усадила меня бухгалтерша.

Против я ничего не имела. Коленки дрожали от слабости и запоздалого страха: я упала в обморок! Впервые в жизни!

Появилась запыхавшаяся Валентина – наша медсестра. Быстро оглядев меня, померила давление и резюмировала:

– Переутомилась ты, Арин. Вон, давление как упало. Отсюда и обморок.

– Она ночь не спала, – добавила Ирина, одновременно протягивая мне кружку крепкого чая. И когда только успела заварить?

– У-у, – Валентина покачала головой, а потом решительно посмотрела на меня. – Езжай-ка ты домой, дорогуша. На сегодня я тебя у Генадьича отпрошу. Сама доберешься? Или попросить Мишу подвезти?

– Доберусь, – я слабо улыбнулась. – Мне, вроде, полегче. Спасибо.

Допив чай, стала медленно собираться домой. И вдруг вспомнила отшвырнувшую меня к стене волну. Может, и правда от переутомления померещилось? Вон ведь оно, окно это – закрыто.

– Ты дома сразу ложись и лежи. И чай покрепче пей. И звони, если что, – надавала советов Ирина. – У тебя же нет никого…

Верно, нет. Даже мама уехала. А парнем к своим двадцати пяти я так и не обзавелась, если не считать хорошего знакомого – менеджера Кирилла, который изредка баловал меня шоколадками. Да и с ним дальше улыбок на работе пока дело не шло.

Ирина, правда, советовала самой проявить инициативу, но… не могла я. Не умела. Как ни стыдно признаваться, опыта в общении с мужчинами у меня было мало. Так, несколько свиданий, и неудачная первая любовь. В школе все время отнимала учеба и факультативы. Прекрасно понимая, что на оплату высшего образования у матери-одиночки попросту нет денег, я рассчитывала только на себя. А в социально-педагогическом институте студенческое сообщество практически полностью состояло из девушек. Ну а потом работа, работа, работа…

К тому моменту, как я добралась до дома, самочувствие пришло в норму. Однако на всякий случай я все же решила последовать указаниям Ирины. Она все-таки мать двоих детей, много чего знает, и плохих советов давать не будет.

Мысленно кивнув сама себе, я направилась на кухню. Но едва поставила кипятиться чайник, раздался резкий телефонный звонок. Странно. Звонить мне вроде некому, а девочки с работы набрали бы по мобильному… я в недоумении подняла трубку.

– Алло?

– Арина Владимировна Вяземская? – раздался в трубке чужой мужской голос.

– Да, – подтвердила я, почему-то дрогнув.

– Вам знакома Серафима Андреевна Пустовая?

– Да, – я напряглась. – Я ее внучка.

– Приезжайте тогда на опознание. Вот адрес…

– Подождите, – мой голос мгновенно осип. – К-какое опознание?

– Пожилая женщина, при которой были найдены документы на имя Серафимы Андреевны Пустовой, сегодня утром найдена мертвой неподалеку от аптеки на улице Академика Серебрякова, – сухо отчеканил мужчина. – Вам, как единственной указанной родственнице, необходимо явиться на опознание. Записывайте адрес.

Следующие несколько часов сплелись в памяти одним страшным клубком. Морг, равнодушное лицо судмедэксперта, тело на каталке, небрежно прикрытое простыней… это действительно оказалась бабушка. И пусть я знала ее всего две недели, на глаза навернулись слезы. А еще душу все сильнее грызло чувство вины.

Она ведь звала меня вчера! Очень звала! А нашли бабушку неподалеку от аптеки… может, она чувствовала себя плохо и, не дождавшись меня, пошла за лекарствами? Ну что мне стоило к ней заехать? В конце концов, вещи мама собрала бы и без меня!

Из морга я вышла в каком-то тумане. Бумаги судмедэксперт обещал подготовить за два дня, так что за это время необходимо было определиться с похоронами. Похороны… страшное слово. К кому обратиться за помощью? Да и денег надо где-то найти…

Чувствуя все нарастающую слабость, я медленно вошла в квартиру. Не хочу сегодня об этом думать. Просто не могу. В морге кто-то дал визитку похоронного бюро, вот завтра туда и позвоню. Сейчас же надо хоть немного успокоиться и поесть. Вечер все-таки, а у меня за день крошки во рту не было. Того и гляди снова в обморок свалюсь.

 

* * *

 

Внучка! Астарта с такой злостью сжала пальцы, что ухоженные ногти впились в ладони. Откуда она взялась? Ведь старуха всю жизнь была одинокой! Ее сына Астарта лично свела в могилу почти сразу после подписания контракта! Когда он только успел? И, главное, почему она ничего не чувствовала?

Астарта вновь заметалась по кабинету. Захрустели под ногами осколки дорогой вазы. Вазу рыжеволосая красавица в ярости разбила полчаса назад, когда отправленные к бабке в квартиру Филипп и Андрей сообщили о внезапно найденной внучке. Закусив губу, Астарта резко выдохнула. Может, это все-таки ошибка? Внучка не родная, а ошибка в самом ритуале передачи? Да где уже этот Филипп?

Наконец скрипнула дверь, и в кабинет вошел невысокий худощавый мужчина.

– Ну! – карие глаза женщины буквально впились в посетителя.

Не выдержав этого взгляда, мужчина потупился.

– Сила активная, – выдавил Филипп. – Я просмотрел ее ауру, ошибка исключена.

В кабинете ощутимо потемнело.

– Но девчонка, похоже, еще ничего не знает, – быстро добавил он. – Иначе уже бежала бы на Сретенку, а она домой поехала.

– Вот как? – Астарта вздохнула уже спокойнее. – Значит, шанс еще есть.

 

* * *

 

Только через час, когда ужин был приготовлен и съеден, а на столе осталась лишь чашка горячего чая, в душе, наконец, воцарилось спокойствие. Откинувшись на высокую спинку стула, я прикрыла глаза и глубоко вздохнула.

– Ну и чего сидишь, расслабляешься? – внезапно раздался недовольный голос за спиной.

На моей кухне!!

Поперхнувшись, я резко подскочила и обернулась. В дверях стоял высокий мужчина, с короткими снежно-белыми волосами и недовольно щурился.

Откуда?! Меня захлестнула паника. Едва соображая, что делаю, я отскочила к стене и, схватив бутербродный ножик, выставила перед собой.

– Кто… как… что вы тут делаете?!

– Не кричи, – незнакомец поморщился. – И брось железку.

– Убирайтесь!

– Брось, я сказал! – рявкнул он.

Рука разжалась сама. Нож с лязгом упал на плитки пола.

– К-кто вы? – Я испуганно прижалась к стене.

– Жить хочешь? – вместо ответа вкрадчиво поинтересовался мужчина.

Я еще более испуганно закивала.

– Тогда слушай, повторять не стану. Твою бабку, Арина, убили. Теперь хотят убить тебя, и чтобы пережить сегодняшнюю ночь, тебе надо очень постараться и делать то, что я буду говорить. Причем быстро, так как времени осталось мало. Поняла?

Ничего я не поняла. Зачем кому-то меня убивать? Да и бабушка, по словам судмедэксперта, по всем признакам умерла от сердечного приступа. Но что в таком случае делает здесь этот тип? Квартирой он не ошибся, мое имя знает. А если и впрямь кто-то хочет меня убить? От бабушки все-таки квартира осталась, а я – единственная наследница…

Вздрогнув от этой мысли, я посмотрела на странного мужчину уже по-другому. Холодное властное лицо. Жесткий контур тонких губ. Чувствовалось, что этот человек привык приказывать, и подчинение окружающих принимает как должное. Опасный мужчина. Очень.

– Вы полицейский? – робко предположила я. – Может, мне просто дверь получше запереть? Она прочная…

– Бессмысленно, – тот отрицательно мотнул головой, проигнорировав первый вопрос.

– Почему?

– Обычная дверь ни магов, ни ночных химер не удержит.

И тут я поняла, что передо мной сумасшедший. Не знаю, как он проник в квартиру, может, я дверь забыла запереть. Но факт оставался фактом. А с буйными безумцами себя нужно вести как можно спокойнее и во всем с ними соглашаться. Так нам в институте на лекции по клинической психологии говорили.

Придя к этой мысли, я выразительно кивнула. Потом подтвердила:

– Понятно.

И на всякий случай кивнула еще раз.

– Вот и хорошо, – мужчина удовлетворенно хмыкнул и огляделся. – Что у тебя из трав есть?

– Укроп, – опешив от странного вопроса, выдавила я. – И петрушка.

– Какая, к чертям, петрушка? – зашипел он. – Я не суп варить пришел! Ромашка есть? Чабрец?

А ведь у меня и впрямь лежат три пачки в сумке! Но откуда этот тип мог о них узнать? Или совпадение?

– Чай есть, – почти прошептала я, окончательно растерявшись. – Ромашковый… с бергамотом… чабрецом…

– Пойдет. Доставай и смешивай с солью, – потребовал незнакомец. – Кастрюлю возьми, и ссыпай все, что есть.

Я поспешно стала выполнять указания блондина-безумца, одновременно лихорадочно пытаясь найти возможный путь к спасению. Но его не было. Мужчина все еще стоял в дверях, перегораживая выход из кухни. Не в окно же с седьмого этажа прыгать?

Смешав все чаи с пачкой соли, я с испуганным ожиданием посмотрела на незнакомца. Господи, только бы в живых оставил!

– Неплохо, – едва взглянул на кастрюлю тот. – Теперь все это необходимо зарядить.

– Что?

– Зарядить, говорю, – в голосе мужчины послышались раздраженные нотки. – Тебя бабка вообще не обучала ничему, что ли?

– Чему?! – не выдержав, все-таки сорвалась на истерику я. – Я видела ее всего несколько раз! Я не понимаю, что происходит, и кто вы вообще такой! Я…

– Успокойся! – снова рявкнул незнакомец.

Серебристо-серые глаза на мгновение сверкнули. Ей богу, мне не показалось!

В ужасе клацнув зубами, я упала на табуретку.

Мужчина выдохнул, минуту понаблюдал за моей реакцией.

– Вообще ничего не знаешь? – наконец, недоверчиво уточнил он.

Я быстро закивала. Блондин скривился, как от зубной боли.

– Паршиво, – резюмировал он и, видя, что я до сих пор сжимаюсь на табуретке, добавил: – Да не меня бойся, глупая. Бойся тех, кто придет с темнотой.

Вот успокоил! Помимо воли бросила взгляд на окно. А ведь закат уже! Еще немного, максимум полчаса, и стемнеет…

– Говорю же, времени нет, – подтвердил незнакомец. – Так что придется постараться. Благо, ничего сложного от тебя не требуется. Хватит трястись, иди к кастрюле.

Дрожать я не перестала, но, что поделать, поднялась и подошла.

– Теперь руки протяни над кастрюлей, мысленно сосредоточься и пожелай, сильно пожелай защиты.

Я с готовностью вытянула руки и изобразила на лице полнейшую сосредоточенность. Ничего. Впрочем, и не удивительно.

– Ты не стараешься, – мужчина нахмурился.

Вот ведь черт его возьми! И как мне изобразить колдовскую работу, чтобы он поверил?

– Простите, – вежливо, стараясь не нервировать блондина, решила уточнить и заодно потянуть время я. – Но если вы тоже маг, почему бы вам не сделать этого за меня?

– Потому что я вообще не должен здесь находиться, – проворчал мужчина. – А любое мое воздействие оставит след. Так что ты должна справиться сама и побыстрее, – он вновь мрачно покосился на окно.

– Но зачем кому-то меня вообще убивать?

Блондин задумчиво сцепил пальцы.

– Видишь ли, ты получила в наследство одну способность, – сказал он. – Вот только на нее у твоей бабки был заключен контракт с другим человеком. Поскольку заключая договор бабуля о тебе и понятия не имела, вышло так, что права на эту способность у вас одинаковые. И теперь этот человек весьма недоволен. На то, чтобы забрать положенное по контракту, отводятся сутки после смерти владельца. Если бы ты была официально действующим магом, то право признали бы за тобой. Но печати у тебя нет. Поэтому другой претендент захотел решить проблему самым простым способом – убив тебя и забрав положенное.

И зачем только спрашивала? Ясно же, если человек сумасшедший, то и версия событий у него будет ненормальная! Как бы его подвести к мысли, что защита мне не нужна? Может, хоть тогда отстанет?

– А почему вы вообще мне помогаете?

– А кто сказал, что тебе? – незнакомец вдруг улыбнулся. Нехорошо так, аж мурашки по коже побежали. Я сглотнула.

– Вы упомянули какую-то печать. Почему ее нельзя получить сегодня?

– Поздно, – блондин с сожалением развел руками. – На Сретенку ты до темноты добраться не успеешь. Поэтому давай, попробуй снова. Можешь даже глаза закрыть и пожелать защиту… да хоть от меня, если это самое страшное, что ты можешь представить, – добавил он с легким сарказмом.

Поджав губы, я снова протянула руки и зажмурилась. Черт с ним, поиграю в игры этого ненормального до темноты. А там, глядишь, отстанет. Эх, защита бы мне и впрямь не помешала, да посильней…

– Достаточно, – вдруг раздался довольный голос незнакомца. – Для работы сгодится.

Недоуменно открыв глаза, посмотрела в кастрюлю. В ней находился все тот же загубленный солью дорогущий чай.

– Не спи, – вернул меня в реальность блондин. – Сыпь смесь вдоль окон и входной двери, это их задержит.

Задержит? Он реально верит в то, что травки с солью способны задержать кого-то лучше железной двери с тремя замками? Н-да, вот уж и впрямь странна логика шизофреников…

После этого, не удовлетворившись, незнакомец заставил меня насыпать круг посреди комнаты. Остатки соленого чая переместились в карманы брюк. Ну а под конец, на окнах и входной двери я должна была нарисовать странные квадраты со спиральками. Чем? А прямо губной помадой, раз мелками не удосужилась обзавестись как все нормальные маги.

Уже перестав чему-либо удивляться, послушно выполнила очередные требования. Выберусь из этой истории – напьюсь. Ей-богу, впервые в жизни напьюсь как сапожник.

На улице, тем временем, окончательно стемнело. И, к моему счастью, светловолосый незнакомец заторопился.

– Круг не покидать всю ночь, что бы ни случилось, – быстро произнес он. – Выйдешь только, когда окончательно рассветет. Утром поедешь на Сретенку, дом пятнадцать. На проходной скажешь, что в пятый кабинет. Повтори.

Повторила. На память не жалуюсь.

– И, запомни, спросят, откуда узнала – говори, бабка инструкции оставила, что после ее смерти делать.

Без проблем, мужик. Я согласно кивнула. Если кто-то когда-то узнает обо всем этом безумстве – не вопрос, все свалю на бабку. Лишь бы ты поскорее из моей жизни исчез.

И он исчез!

На самом деле! В последний раз огляделся и, пробормотав: «слабовато, но против химер должно хватить», исчез, разом, словно испарился!

Охнув, я медленно осела на пол. И что это было? Галлюцинации от нервного перенапряжения? А что, логично: утром упала в обморок, ударилась головой. Потом смерть бабушки, морг… и вот результат!

«А если это и впрямь был колдун?»

Подумала, и сама себя обругала: какие, к чертям, маги в наше время? Они только в фэнтези водятся, ну или на «Битве экстрасенсов», что, в принципе, одно и то же. Посмотрела на испорченное окно. Вздохнула. Словно в ответ, окно вдруг звякнуло и слегка задрожало. Я испуганно дернулась, но это всего лишь усилился на улице ветер.

Хватит. Утром же пойду сдаваться врачу, пока остатки здоровья не потеряла. А сейчас – успокоительное и спать. Решительно встав с пола, я направилась в кухню за валерьянкой. Жаль, что ничего покрепче нет, но хоть что-то. Таблеточки три за раз проглочу и, надеюсь, засну.

Я, было, протянула руку к шкафчику с лекарствами, как дребезжание повторилось. Бросила раздраженный взгляд на улицу и… на мгновение забыла, как дышать! С той стороны окна на меня зло взирали два раскосых малиновых глаза.

– Мамочки! – взвизгнула я, мгновенно влетая обратно в комнату к спасительному кругу.

Мысль, что это может быть очередная галлюцинация, затерялась в искренней и незамутненной волне ужаса.

Глаза возникли и за окнами комнаты. И еще одни, и еще… Это на седьмом-то этаже! В окно требовательно и с подвыванием застучали. Ветер усилился, балконная дверь заходила ходуном. В темноте я не могла толком разглядеть этих тварей, но даже подернутых дымным пламенем змеиных хвостов и яростных глаз на оскаленных мордах вполне хватало для паники. Да что же это такое?! Таких тварей в нормальной жизни не бывает! Что же это за… химеры?!

И вот тут мне стало по-настоящему жутко. Ведь в этом случае все, что говорил незнакомец – правда! И о магах, и о бабушке, и о том, что меня хотят убить! По-настоящему, расчетливо убить. А откупиться от убийцы невозможно, потому как то единственное, что ему необходимо, можно получить только после моей смерти…

Я сжалась в круге, обхватив себя за колени и пытаясь вспомнить хотя бы одну молитву. Они ведь сейчас ворвутся сюда и… от мыслей о собственном растерзанном зверюгами теле меня едва не стошнило.

Однако прошел час, другой. Монстры за окнами буйствовали, безуспешно пытаясь преодолеть хрупкую защиту из травок и закорючек. И, самое удивительное, всю эту какофонию, никто из соседей словно бы не замечал. Может, это сон? Кошмар? Господи, скорей бы проснуться!

От долгого сидения в одной позе затекли мышцы. Но едва я попробовала сменить позу, беснование за окном тотчас усилилось. Пришлось вновь замереть. А небольшие электронные часы на столе, тем временем, показывали уже половину четвертого. Еще немного, и рассвет. Блондин говорил, с рассветом они уйдут.

В который раз, мысленно возблагодарив незнакомца, я неотрывно следила за часами. Где-то в глубине души зародилась робкая надежда, что все закончится хорошо. Но в этот момент, словно в насмешку, из кухни раздалось протяжное «Дзынь!». Окно, не выдержав очередного порыва ветра, лопнуло. Я успела лишь взвизгнуть, как в комнату ворвались химеры.

Три огромных существа, вокруг которых клубилось темное пламя, подскочили к кругу и, не сумев его преодолеть, зло, протяжно взвыли. С очередным визгом я вскочила, зачерпнула из кармана зачарованную смесь и бросила в ближайшую оскаленную морду. Химера с леденящим кровь рыком отшатнулась. Мои травки оказались весьма действенны, оставляя рваные дымные проплешины на ее шерсти. Вдохновленная небольшой победой, я швырнула еще горсть в следующую. Третья химера, проявив разумность, отпрыгнула от круга сама.

Того, что мне пришлось пережить в эти предрассветные часы, я не пожелала бы и самому лютому врагу. Весь остаток ночи я стояла с горстью соленого зачарованного чая наизготовку, не подпуская химер близко к кругу. А те, с яростью хлестая себя по бокам шипящими змеиными хвостами и нещадно раздирая когтями-лезвиями старенький линолеум, пытались подобраться поближе и его разрушить. Хорошо хоть окно в комнате выдержало бушевавший на улице ветер. Постигни его участь кухонного, и  все мои травки снесло бы в миг.

Как я окончательно не сошла с ума за эту ночь – понятия не имею. Но, наконец, на горизонте появились первые алые сполохи. Рассвет! Пламя, которым были объяты химеры, стало тускнеть, а сами они бледнеть и таять. И, наконец, в последний раз протяжно взвыв, окончательно исчезли.

Не веря своему счастью, я еще несколько минут постояла, сжимая зачарованный порошок в руках, а потом села на пол и разревелась. Тело била крупная дрожь.

Очень хотелось поверить в то, что случившееся – галлюцинация моего воспаленного сознания, но… увы. Из разбитого на кухне окна тянет утренним холодком, на полу комнаты борозды от огромных когтей…

Минуты шли, а я все никак не могла убедить себя покинуть границы круга. Пусть умом и понимала, что химеры ушли, но слишком велик был страх – вдруг, нет? Только когда радио радостно проиграло восемь часов, а солнце уже вовсю било в глаза, я, наконец, зашевелилась.

Первым делом направилась на кухню. Стараясь ступать по усыпанному осколками полу максимально осторожно, добралась до валерьянки и выпила стразу три таблетки. Окончательно взять себя в руки помогло умывание холодной водой.

В голове прояснилось. С сомнением оглядела отражающееся в зеркале бледное лицо с синяками под глазами и помятую блузку. Может, душ принять? И переодеться, а то со вчерашнего дня в офисном костюме…

Резкий, требовательный звонок в дверь заставил меня подпрыгнуть на месте. Кого это в такую рань принесло? Я с нехорошим предчувствием уставилась на дверь. Звонок повторился.

Может, это мой вчерашний знакомый спаситель? Нет, он бы вошел и так. Тогда кто? Магов моя дверь, по словам блондина, не удержала бы, значит, там просто обычный человек… соседка, например…

Так, успокаивая саму себя, я медленно подошла к входной двери и замерла, услышав тихий скрежет. Кто-то пытался открыть дверь! Скрежет усилился, потом сорвался, а из коридора послышалась невнятная ругань. Я в панике прильнула к глазку, благо, тот маленький, а здесь у меня полумрак. Если специально не приглядываться, и не поймешь, что кто-то в него смотрит.

С той стороны стояли два типичных «братка»: накачанные, бритоголовые и в спортивках, в общем, иначе и не назвать. Тот, что повыше, озадаченно крутил в руках связку тонких железных штырьков, весьма походивших на отмычки.

– Ну, че застыл-то? – поторопил второй.

– Да фигня какая-то, Димыч, – поделился обладатель отмычек. – Соскальзывает чета, как специально.

– Пива жрать вчера вечером меньше надо было, – недовольно прошипел Димыч. – Вот руки, небось, и трясутся. Давай еще раз, Санек.

Высокий браток вновь склонился над замком. Раздался знакомый скрежет. Я, застыв, боялась сделать лишний вздох, чтобы не выдать свое присутствие. В любое другое время я бы, наверное, начала кричать, угрожать милицией-полицией, но не сейчас. Теперь какое-то неведомое до сего момента чувство буквально вопило во мне: молчи! Затаись, спрячься, только не показывай, что ты здесь, рядом!

А скрежет, тем временем, вновь оборвался, сменившись новым потоком ругани.

– Не дается, и все! – Санек зло сплюнул. – Зачарована, что ли?

Вздрогнув, я уставилась на нарисованный губной помадой значок. Неужели он и впрямь сейчас меня защищает?

– Да ну, – посомневался Димыч. – Шеф сказал, раз окно разбито – девка готовая.

– Может, она и готовая, да только дверь у ней непростая! – упрямо стоял на своем Санек. – Обычную я бы даже с пьяни вскрыл! Звони Филипычу, пусть приходит. Иначе нам без его колдунских штучек тело до полдвенадцатого не доставить.

И вот тут я очнулась. Тело! Им нужно мое тело! Сейчас позовут мага, вскроют дверь, а потом… потом для меня уже не будет!

На то, что слабенький квадратик со спиральками удержит настоящего мага, можно было и не надеяться. Даже блондин говорил, что защита эта слабая, сгодится только чуть задержать химер, и только. Но что делать?

Я лихорадочно заметалась по квартире, пытаясь сообразить, где укрыться и, одновременно, понимая: негде. В маленькой однушке просто нет такого места. А братки-домушники наверняка обыщут все – и шкафы, и антресоль, и балкон… стоп! Вот оно, спасение!

Нацепив балетки, я быстро схватила сумку и рванулась на балкон. Моя квартира – крайняя в коридоре, так что прилегающий балкон относится уже к другому подъезду. Всего-то и нужно: перелезть к соседке, и вот она, свобода!

Всего-то… если бы это еще был не седьмой этаж! Я нерешительно застыла. Господи, я ведь высоты боюсь! А перелезать, держась только за тонкую перегородку, без какой-либо поддержки – страшно вдвойне!

Маг. Мое тело.

Воспоминания о словах братков подхлестнули новой порцией страха и, одновременно, придали смелости. Резко выдохнув, я ухватилась мгновенно заледеневшими непослушными пальцами за перегородку. Хорошо хоть, балконы у нас не застеклены. Иначе пришлось бы бить стекло…

Преодолев, наконец, это препятствие, пару минут постояла, пытаясь справиться с дрожью. Особых успехов не достигла, однако дольше задерживаться было нельзя.

Я решительно постучала в окно, и вскоре уже рассказывала донельзя изумленной соседке о сломавшемся замке на входной двери. Мол, МЧС ждать долго, а на работу очень надо. Поэтому пришлось вот так, балконами, уж извините.

Та поохала, посочувствовала, и выпустила в коридор. Пустой, безопасный! Быстро сбежав по лестнице, я осторожно выглянула на улицу. Ничего подозрительного не углядела и рванула в сторону метро. Что там мой благодетель блондинистый вчера говорил? На Сретенку ехать за печатью? Вот туда и направлюсь.

Спустившись в переполненное метро, я впервые за все время искренне обрадовалась утреннему часу пик. В вагон меня практически внесли, и сразу же со всех сторон обступили люди. С моим невысоким ростом, да в такой давке никто не обнаружит!

Удачно облокотившись на чью-то спину, умудрилась немного подремать и окончательно успокоиться. Осталось совсем чуть-чуть и, судя по тому, что говорил вчера беловолосый незнакомец, скоро за жизнь мне можно будет не опасаться. Подбодрив себя, таким образом, пружинистым шагом направилась к конечной цели своего путешествия.

По адресу «Сретенка, 15» располагалось небольшое желтое двухэтажное здание с вывеской «Парикмахерская». Решив не удивляться столь своеобразной маскировке, я уже почти решилась войти внутрь, как заметила слева от входа небольшую табличку: «кабинет 5, вход со двора».

Ох! Вот ведь куда мне надо! Представив, как бы сейчас выспрашивала у изумленных парикмахерш дорогу к магам, смущенно хмыкнула.

По привычке, узнать, нет ли машин, заглянула за угол, и тотчас отшатнулась. В проулке стояли двое знакомых «братков» и строго одетый худощавый мужчина. Они ждали. Расчетливо ждали меня.

Сердце вновь забилось как сумасшедшее. Мимо этой троицы незаметно не пройти. К тому же, один из них – маг, я знаю точно. Вокруг – никого. Небольшой переулок, каких много в центре, никого не интересовал. И что теперь делать? Просто ждать?

Внезапно кто-то обхватил меня сзади за талию и дернул к стене дома. Одновременно сильная мужская рука зажала рот, заглушая визг.

– Тихо, – прошипел знакомый голос. – Не кричи.

Мой ночной спаситель! Глубоко вздохнула и послушно обмякла, ощутив легкий запах лаванды. Господи, кто бы мне вчера вечером сказал, что я буду так счастлива снова встретить этого блондина!

Руки мужчины чуть расслабились, отпуская. Я обернулась и, подняв голову, с надеждой и мольбой посмотрела на знакомого незнакомца.

– Т-там эти…

– Знаю, – кивнул тот и, улыбнувшись краешком губ, добавил: – Помогу.

Из моей груди помимо воли вырвался вздох облегчения. Мужчина довольно прищурился, и, взяв за руки, ловко переплел мои пальцы в какую-то сложную фигуру.

– Это – жест Черного сильфа, – коротко пояснил он. – Как только окажешься в переулке – вытягиваешь руки вперед, резко разводишь в стороны, а потом быстро бежишь к дверям. Остальное сделаю сам. Главное, название не забудь. И, напоминаю, будут спрашивать – все узнала от бабки. Поняла?

Сглотнув, я кивнула.

– Тогда иди, – блондин подтолкнул меня к переулку.

Стараясь не думать ни о чем, я выскочила на дорогу перед троицей и, как было велено, подняла и резко развела руки. В ту же секунду воздух вокруг дрогнул и, скручиваясь темными спиралями, с подвыванием рванулся в переулок. «Братков» и мага отшвырнуло в стороны, словно щенят. Мгновение я с вытаращенными глазами наблюдала за буйством призванной блондином стихии, а потом со всех ног припустила к желанной двери.

Подписка
Хотите узнавать о новых книгах первыми? Боитесь пропустить рассылку? Оставьте свой адрес, и не нужно будет волноваться =)
Мы Вконтакте